Я удивлена, когда он отпускает, и не глядя на него, я быстро ухожу.
Когда свежий воздух снаружи касается моего лица, я делаю успокаивающий вдох. Как только моя кровь перестает кипеть и злость утихает, Маркус хватает меня за руку и тянет прочь от дома. Когда я пытаюсь высвободить руку, он переплетает свои пальцы с моими, держа меня мертвой хваткой, из которой я не выберусь в ближайшее время.
Он останавливается только когда мы проходим мимо гамака и выходим из света, падающего от дома.
Он поворачивается лицом ко мне, и когда я вижу, что он расстроен, моя злость возвращается как приливная волна.
— Дай-ка уточню. Ты злишься на меня после того, как только что спас мою задницу второй раз за вечер? — говорит он таким низким тоном, что по моему телу пробегает дрожь.
— Мне не нужно перед тобой объясняться, — огрызаюсь я. — Почему парни всегда думают, что это вина девушки, когда какой-то урод пристает к ней? Вы все кучка тестостероновых мудаков, которые думают, что могут брать все, что хотят. — Я делаю вдох и понимаю, что еще не закончила высказывать ему все, что думаю. — К тому же, я не просила о помощи. Я не такая беспомощная, как выгляжу.
Он наклоняет голову и приближается ко мне, пока я не чувствую его дыхание на своем лице.
— Я не говорил, что это твоя вина, — шепчет он.
В этом моменте нет ничего интимного. Маркус шепчет, потому что вот-вот выйдет из себя. Я отступаю от него, не спеша узнавать, каково это — оказаться не с той стороны его гнева.
— Я просто спросил, не притягиваешь ли ты проблемы, чтобы знать на будущее.
Я смотрю ему в глаза, не уверенная, было ли это извинением или оскорблением. Склоняюсь к последнему, потому что не думаю, что Маркус из тех, кто за что-то извиняется.
— Должно быть, притягиваю, раз ты стоишь передо мной, — говорю я, стараясь вложить как можно больше дерзости в голос. Этот парень слишком нервирует. Чем больше я с ним общаюсь и вижу его, тем меньше он мне нравится. Но мои гормоны, видимо, не получили эту записку.
Он делает шаг ко мне, съедая расстояние, которое я только что создала между нами. Я вызывающе поднимаю подбородок, не желая дать ему понять, как сильно он на меня влияет.
— Тогда тебе стоит убежать. — Он протягивает руку и берет локон моих волос между пальцами. — Если только ты не ищешь проблем. Хочешь встать на колени и взять мой член в горло? Поэтому ты все еще стоишь здесь? Хочешь, чтобы я тянул тебя за волосы, вбиваясь тебе в рот?
Я могу только моргать несколько секунд, пока его слова прожигают горячий путь вниз по моему телу. Мой рот открывается и закрывается несколько раз, пока я пытаюсь игнорировать тот факт, что я возбуждена вместо того, чтобы быть оскорбленной.
Наконец, возвращается столь необходимая мозговая активность. Я не могу позволить Маркусу выиграть этот раунд. Я никогда этого не переживу.
Мне требуется вся моя внутренняя сила, чтобы оставаться спокойной и держать выражение лица нейтральным, когда я кладу руку ему на грудь. Чувствуя, как его мышцы дергаются под моим прикосновением, я наполняюсь невероятным удовлетворением. Я приподнимаюсь на цыпочки, чтобы дотянуться до его уха. Он хватает меня за бедро правой рукой, и я чувствую, как он тянет локон, который теперь обмотан вокруг его указательного пальца.
Я наслаждаюсь тем, что он тоже реагирует на меня.
Я медленно выдыхаю и шепчу:
— Тебе нравятся задницы, да? Я видела, как ты разглядывал мою задницу, и…
Я провожу губами по щетине на его щеке и заставляю свои гормоны успокоиться, пока они млеют от восхитительных мурашек, разгорающихся между моих ног.
Когда я достигаю уголка его рта, и он начинает поворачивать лицо, чтобы поцеловать меня, я отстраняюсь. Я забываю о локоне, обмотанном вокруг его пальца, и на мгновение становится больно, когда я разворачиваюсь и он вырывается из его руки. Я ухожу, добавляя лишнего покачивания бедрам, и смеюсь над ним.
— Теперь можешь смотреть, как моя задница уходит от тебя.
Глава 3
МАРКУС
— Эта женщина бесит меня до чертиков, — рычу я, садясь рядом с Джексоном.
У меня стоит как сталь, что только бесит меня еще больше.
— Ты уверен, что не расстроен из-за своего собственного гребаного правила не встречаться?
Я зло смотрю на него.
— На чьей ты стороне?
— Я не собираюсь сидеть здесь и врать тебе, чтобы тебе было легче жить с твоим самоналоженным запретом на свидания. Просто признай: ты раздражен, потому что тебе реально нравится Уиллоу.