***
Я чувствую себя не в своей тарелке, отправляясь на поиски Ретта. Я не видела никого из друзей Ретта с тех пор, как он начал мне помогать, и надеюсь, что не столкнусь ни с кем из них.
Проходя через гостиную, я надеюсь, что иду в правильном направлении.
Добравшись до кухни, с облегчением вижу, что никого из парней здесь нет. С небольшой удачей никого из них нет дома.
Мой взгляд находит Ретта, он пьет кофе, глядя в окно. Он все еще без футболки, и вид его мускулистой спины посылает волну мурашек по моему телу. Хотя он был груб со мной, я не могу на него злиться.
Мой взгляд опускается на его зад, и я издаю тихий вздох. У него чертовски сексуальная задница. Уж мне-то знать. Раньше у меня был на нее вид вблизи.
Он оборачивается, и мои глаза метнулись к его лицу в надежде, что он не застукал меня за разглядыванием.
— Иди выпей кофе, — говорит он.
Я делаю несколько шагов вперед, прежде чем вспоминаю о мокрой одежде в руках.
— У тебя есть сушилка, которой я могу воспользоваться?
Он ставит чашку, и это движение притягивает мой взгляд к его груди. Хотелось бы, чтобы он надел футболку, потому что слишком отвлекает, когда расхаживает без нее.
— Да, конечно.
Я следую за ним в прачечную, которая вдвое больше моей кухни. Интересно, парни вообще сами стирают?
Я запихиваю одежду в сушилку и устанавливаю таймер. Закончив, вытираю руки о штаны и поворачиваюсь к Ретту. Он стоит гораздо ближе, чем ожидала, и я делаю шаг назад, только чтобы наткнуться на сушилку.
Чувствуя себя растерянной, я заправляю мокрые пряди за ухо, прежде чем указать на кухню.
— Кофе… э-э… я налью. — Тьфу, я идиотка, что так смущаюсь только потому, что передо мной полуголый мужчина.
Я протискиваюсь мимо него, и когда моя рука касается его руки, это посылает электрические разряды от руки прямо между ног. Это ничто по сравнению с тем, что я почувствовала, когда он положил руку мне на попу, но достаточно, чтобы спутать мои эмоции.
Я знаю Ретта уже шесть месяцев и до сих пор понятия не имею, как себя вести рядом с ним. Когда он поблизости, такое ощущение, будто стою на деревяшке, которую швыряет волнами. Все становится шатким, особенно мои эмоции.
Заметив, что его чашка пуста, я смотрю на него.
— Налить тебе еще чашку?
Он подходит и встает прямо рядом со мной, опираясь бедром о столешницу. Скрестив руки на груди, он говорит хрипловатым голосом:
— Да, спасибо.
Я пожираю глазами его выпуклые бицепсы, прежде чем заставить себя отвести взгляд. Я благодарна, что у меня есть чем занять руки, пусть даже на несколько секунд.
Я пододвигаю к нему чашку, затем делаю глоток из своей. Мой взгляд прикован к столешнице передо мной.
— Как дела на учебе? — спрашивает он.
Это хорошо. Это безопасно. Я привыкла, что Ретт задает мне вопросы о учебе.
— Все хорошо.
Я хочу спросить его, как его занятия, но боюсь, что он подумает, будто я намекаю на его сеанс минета с Джози. Вместо этого пью кофе.
— Расскажи о себе, — говорит он, отчего я с трудом сглатываю глоток кофе.
— О себе? — говорю я, голос звучит хрипло от глотка, который чуть не попал не в то горло.
— Да, — говорит он, и, услышав улыбку в этом одном слове, я смотрю на него.
— Но ты и так все обо мне знаешь, — говорю неубедительно, надеясь, что мы сможем сменить тему. Я ненавижу говорить о себе.
— Нет, не знаю, — возражает он. — Ты всегда жила в Северной Каролине?
Я киваю и использую чашку как щит, за которым можно спрятаться. Слишком быстро мой кофе заканчивается. Я ополаскиваю чашку и иду к прачечной. Мне все равно, мокрая ли одежда. Мне нужно будет надеть ее только до дома.
— Нужно больше десяти минут, чтобы одежда высохла, — говорит Ретт.
— Я знаю, — бормочу я, слегка раздраженная тем, что он это указал. — Мне нужно домой.
Прежде чем успеваю добраться до сушилки, рука обвивает мою талию. Грудь Ретта прижимается к моей спине, когда он отрывает меня от пола.
Инстинктивно я хватаюсь за его предплечья.
— Поставь меня на место.
Ретт усмехается, проходя через кухню, так и не отпуская меня. Только когда мы добираемся до гостиной, он ставит меня перед диваном.
— Садись. Мы можем посмотреть фильм, пока твоя одежда сохнет.