— У тебя хороший, крепкий удар, — говорит он.
— Спасибо, — улыбаюсь комплименту.
— В следующий раз бей чуть мягче. Тогда сможешь мучить их дольше.
— Запомню. — Я указываю на его телефон. — Кому ты звонил?
— Копам. — Он бросается к спальне и открывает дверь. — Можешь выходить.
Иви выходит, и как только она видит кровь, ее руки упираются в бедра, и она хмурится на меня.
— Ты сказал, что контролируешь ситуацию, — говорит она.
— Так и есть. Я вызову клининговую компанию.
— О. Ладно.
— Иви, когда приедет полиция, тебе нужно будет дать показания. Наша общая версия такова: мы вошли, этот идиот напал на Иви, и после драки нам удалось его скрутить.
Когда приезжает полиция, Кайл уже снова в сознании. Мы все даем показания, пока его арестовывают.
К тому времени, как все успокаивается и Кайла уводят из квартиры, уже слишком поздно готовить ужин.
— Голосую за то, чтобы заказать доставку, — говорю я, поднимая пакет, который положил на стол ранее.
— Поддерживаю, — говорит Хейден.
— Меня переголосовали, не то чтобы я была против, — улыбается Иви.
Мы заказываем пиццу, и пока едим, обсуждаем детали на завтра.
ГЛАВА 37
ИВИ
Еще не открыв входную дверь, слышу приглушенные голоса по ту сторону.
— Улыбайтесь, — шипит мужчина. А через секунду: — Черт, нет, не улыбайтесь. Еще напугаете ее.
Изо всех сил сдерживая смех, я открываю дверь. Мгновенно все четверо мужчин выпрямляют спины и расплываются в таких широких улыбках, что я вижу только зубы.
Когда разражаюсь смехом, выражение их лиц становится еще забавнее. Один из мужчин бросает взгляд на стоящих рядом и ворчит:
— Я же говорил не улыбаться.
Мне удается достаточно успокоиться, чтобы протянуть руку первому мужчине.
— Я Иви.
Раздается хор приветствий. Тот, кто пожимает мне руку, говорит:
— Слава богу, ты не унаследовала внешность отца. Я немного волновался, когда он сказал нам, что нашел тебя.
Папа выходит из кухни.
— Я это слышал, — говорит он. Затем добавляет: — Этот смертник — Дэйв. — Папа указывает на каждого из них. — Макс, Аксель и Майк.
Папа обнимает меня за плечи и говорит:
— Команда, это моя малышка.
Я начинаю чувствовать себя немного неловко, когда все они просто смотрят на меня.
Аксель первым двигается с места — он оттаскивает меня от папы и ведет в гостиную.
— Позволь рассказать тебе о твоем старике. Мы застряли в одной дыре, полной дерь...
— Следи за языком! — рявкает папа.
Аксель закатывает глаза, но продолжает:
— Мы застряли в дыре, полной какашек. Я имею в виду — буквально в яме с какашками. Мы решили, что это последнее место, где нас будут искать. К счастью, не я был на дне.
— Не-а, это был я, — сухо замечает Дэйв.
Я слушаю их перепалку, не спеша разглядывая каждого из мужчин.
Майку, должно быть, ненамного больше лет, чем мне. Он привлекателен какой-то мальчишеской привлекательностью, но стоит заглянуть ему в глаза, как мальчик отступает на задний план, и я вижу ту же внутреннюю силу, что есть у папы.
Максу может быть около тридцати, сложно сказать. Его светло-каштановые волосы коротко острижены, а карие глаза ни на секунду не перестают двигаться.
Аксель похож на большого плюшевого медведя со своей густой бородой.
Дэйв стоит рядом с папой, и у меня возникает ощущение, что они очень близки, хотя Дэйв намного моложе папы.
Я так много слышала о них и с нетерпением ждала встречи с людьми, которые, похоже, как братья моему отцу.
— Пора выдвигаться, — говорит папа. Вообще-то, это больше похоже на приказ. — Я обещал своей девочке веселье.
И только тогда папа оглядывает квартиру.
— А где Ретт?
В этот момент Ретт выходит из ванной.
— Я уже начал было волноваться, — поддразнивает папа Ретта, обнимая его за плечо. — Команда, это мой сын.
Я прикрываю рот, когда от гордого выражения на лице папы у меня начинает щипать глаза.
— Ну-ну, — ворчит Аксель. — Ты заставишь нашу девочку плакать в ее день рождения.
Это, кажется, напоминает всем, зачем они здесь, и раздается хор поздравлений с днем рождения.
Аксель крепко обнимает меня, поднимаясь, и тянет за собой на ноги.
— Нашу девочку, — говорит папа, пытаясь скрыть улыбку, которая вот-вот расползется по его лицу.