— Ты как цветок лотоса. Чистый и терпеливый. В тебе живет любовь и сострадание ко всему сущему, — шепчу я, прежде чем открыть глаза и убрать руку.
Когда я снова встречаюсь с ним взглядом, в его глазах сияет изумление.
— Я не знаю, почему это называют «падением» в любовь (falling in love), — шепчет он. — Мне совсем не кажется, что я падаю. Кажется, будто я наконец нашел свою вторую половину, и каждое новое открытие друг в друге делает нас единым целым.
Пальцы Лейка выпускают мои, и он подносит руку к моему лицу. Его прикосновение мягкое, он кладет ладонь мне на щеку, и от нежности в его взгляде мое сердце трепещет, как крылья колибри.
— Я хочу тебя поцеловать. — Его голос — тихий шепот, создающий кокон вокруг нас.
Предвкушение пронзает меня. Когда он начинает наклоняться, я сжимаю кулаки, чтобы не шевелиться. Он кладет вторую руку мне на шею, и его улыбка становится кроткой, смягчая черты лица бесконечной нежностью. Когда я чувствую его дыхание на своем лице, мои руки начинают дрожать от накала эмоций.
Я закрываю глаза, дыхание становится частым, пока я не чувствую мягкость его губ на своих. Я забываю, как дышать, а трепет в сердце превращается в ровный гул. Лейк сокращает последние сантиметры между нами, прижимаясь грудью к моей и слегка наклоняя голову. Его губы медленно раскрываются, лаская мои так интимно, что я поражаюсь: неужели два человека могут создать момент такой невероятной силы с помощью одних лишь губ?
Я разжимаю кулаки и кладу руки ему на талию, вцепляясь пальцами в ткань его футболки. Когда Лейк целует меня крепче, ликование волной поднимается от живота к самому сердцу, и я начинаю повторять движения его губ, познавая, что значит делить поцелуй. Солнце всё выше поднимается над горизонтом, а я теряюсь в Лейке — он дарит мне чувства, о существовании которых я и не подозревала.
Он показал мне, что любой мост можно перейти. Я понимаю, как мне повезло. Должно быть, в прошлой жизни я совершила что-то по-настоящему доброе, раз в этой получила такой щедрый дар, как Лейк Катлер.
ЛЕЙК
Я чувствую, как её пульс бьется под моей ладонью в унисон с моим сердцем. Я вдыхаю её нежный аромат. То, как она реагирует на близость моего тела, пока мои губы запоминают каждый изгиб её рта, мешает мне сохранять самообладание. Мне стоит огромных усилий не углубить поцелуй, особенно когда её дыхание обжигает мои губы.
Когда я открываю глаза и вижу на её лице ту же бурю чувств, что бушует во мне, мне приходится отстраниться и сделать шаг назад, чтобы не потерять контроль. Ли всё еще во власти момента: её руки замерли в воздухе там, где она держала меня за бока, а грудь часто вздымается. Я не могу оторвать взгляда — я никогда в жизни не был так заворожен, как сейчас, видя, насколько она захвачена нашим поцелуем.
Я наблюдаю, как она возвращается из того мира, куда унес её поцелуй. Она открывает глаза, руки опускаются, дыхание выравнивается, а румянец на щеках становится гуще. Когда она опускает взгляд в землю, я подхожу ближе и снова беру её за руку, переплетая наши пальцы. Свободной рукой я обнимаю её за голову и прижимаюсь щекой к её волосам, шепча: — Спасибо.
Ли прижимается щекой к моей груди и кивает. Мы долго стоим так, глядя на долину.
ЛИ
Мы идем обратно в кампус, и кажется, будто мир стал ярче. Даже листья на деревьях кажутся более сочными и зелеными. Каждые пару минут я поглядываю на руку Лейка, крепко сжимающую мою. Но когда мы проходим мимо ресторана и я вижу людей, я пытаюсь высвободить руку.
Лейк не отпускает. Одарив меня ободряющей улыбкой, он говорит:
— Здесь совершенно нормально держаться за руки на людях. Никто и внимания не обратит.
Точно, здесь не осуждают проявления чувств на публике, как у меня дома.
Я оглядываюсь по сторонам, чтобы убедиться, что мы никого не задеваем, и вижу друзей Лейка, идущих по газону к учебным корпусам.
— Вон Лейла, Кингсли и Престон, — говорю я.
Престон смотрит в нашу сторону и замечает, что Лейк держит меня за руку. Чтобы привлечь внимание Лейлы, он толкает её так сильно, что она врезается в Кингсли, и та падает на траву. Лейк взрывается смехом. Престон в ужасе пытается помочь Кингсли подняться, но она дергает его на себя и заваливает на землю. Лейла тоже садится на траву, заходясь от хохота.
Лейк вынужден остановиться, он сгибается пополам, держась за живот, и этот магический звук его смеха заставляет и меня рассмеяться. Я высвобождаю руку и хлопаю его по спине, пока он пытается отдышаться.