Когда мы доезжаем до загородного клуба и я просыпаюсь, шею сводит еще сильнее, чем раньше.
Это всего на два часа. Ты справишься.
Я выхожу из машины и снова надеваю пиджак. Пока застегиваю пуговицу, подъезжают еще две машины. Из первой выходит охрана, открывает заднюю дверь, и появляется мистер Пак.
Я перевожу взгляд на вторую машину и приподнимаю бровь, когда из неё выходит любовница вместе с Ли.
— Скажите мне, что не я один считаю странным, что они приехали в разных машинах, — вполголоса ворчит Мейсон.
— У них другая культура, — напоминаю я ему и поворачиваюсь к мистеру Паку. Я не уверен, стоит ли мне кланяться или предложить руку, но так как он едва удостаивает меня взглядом, решаю не делать ни того, ни другого.
Я провожаю его взглядом в здание, и Фэлкон спрашивает: — Почему ты не предложил ему руку?
— Он меня проигнорировал. Он бы её не пожал, а я не собираюсь давать ему повод меня унизить.
Мейсон качает головой.
— Простите, но всё это какое-то дерьмо. Мне это совсем не нравится.
— Посмотрим, как пройдет ланч, — отвечаю я.
— Мистер Катлер.
Я поворачиваю голову направо, и в голове вспыхивает невыносимая пульсирующая боль.
Твою мать, как больно.
— Квенчанха? — любовница спрашивает, в порядке ли я. К счастью, это одно из слов, которые я выучил, так что я её понимаю.
— Да, спасибо, — отвечаю я, затем медленно поворачиваюсь к Фэлкону. — Бери всё на себя.
Я чувствую руку Фэлкона на спине. Он быстро объясняет: — С ним всё хорошо. Вчера он попал в аварию. Идите внутрь, мы сейчас будем.
Я слышу, как Ли переводит слова Фэлкона, а затем он говорит мне: — Они зашли.
— Я просто слишком резко повернул голову. Иди, я буду через минуту.
— Я пойду. Ты останься с ним, — командует Мейсон и убегает в клуб.
— Надо было перенести, — бормочет Фэлкон.
— Да, ты прав. Просто не хочу затягивать. Мистер Пак кажется нетерпеливым человеком.
Я жду минуту, боль немного утихает, но шея всё еще деревянная.
— Пошли, — говорю я.
Мы проходим мимо ресепшена, и как только собираемся войти в обеденную зону, кто-то врезается в меня. Я инстинктивно реагирую и подхватываю человека.
— Омо!
Глядя вниз, я встречаюсь с широко распахнутыми глазами Ли. Она стоит как вкопанная, пока мои руки сжимают её предплечья. Она медленно переводит взгляд на то место, где я касаюсь её левой руки, и я тут же отпускаю её.
— Мистер Катлер, простите. — Она отступает на пару шагов, кланяется и быстро пробегает мимо.
— Не думаю, что когда-нибудь привыкну к корейской культуре, — бормочет Фэлкон, когда мы направляемся к столу.
ГЛАВА 2
ЛИ
Сердце бешено колотится, пока я бегу в дамскую комнату. Запершись в кабинке, я прислоняюсь спиной к стене и делаю несколько глубоких вдохов.
Сегодня утром Председатель Пак объявил, что возвращается в Корею в среду утром, а я должна остаться с американцами.
У меня не было ни секунды, чтобы осознать это. Сев на корточки, я обхватываю колени руками и утыкаюсь лицом в ткань платья.
Этого не может быть. Я не хочу здесь находиться. Я хочу домой.
Дверь открывается, и я слышу голос Чо Юн Ха.
— Пак Ли-Энн, ты заставляешь жениха ждать!
— Простите, — откликаюсь я. Спускаю воду и выхожу из кабинки.
Она хватает меня за руку и резко дергает к себе: — Не испытывай моё терпение, иначе больше никогда не увидишь мать.
— Извините.
Эта женщина научила меня ненавидеть. Я найду способ вернуться к маме, а потом заставлю Чо Юн Ха заплатить.
Когда она разжимает хватку, я следую за ней из туалета. Правой рукой я растираю ноющее место выше локтя и морщусь, видя багровые следы от её пальцев.
Стерев с лица все эмоции, я сажусь рядом с мистером Катлером. Он медленно поворачивает голову в мою сторону. Я опускаю взгляд на его руку, лежащую на колене.
Будут ли эти руки добрыми или жестокими?
— Это я сделал? — восклицает мистер Катлер с явным огорчением в голосе.
Окидываю взглядом его лицо и замираю, когда он тянется к моей руке. Его прикосновение мягкое — он осторожно проводит большим пальцем по отпечатку, который оставила Чо Юн Ха.
— Черт, я... — Он выглядит искренне встревоженным мыслью о том, что причинил мне боль.
— Нет.
Его глаза встречаются с моими. Традиции велят мне немедленно опустить взор, но в его взгляде есть что-то такое, что заставляет меня смотреть.
— Как ты поранилась? — спрашивает он.
Разве это что-то изменит, если я скажу правду?
— Пак Ли-Энн, — шипит Чо Юн Ха себе под нос.
Я быстро опускаю глаза.