Это был момент воссоединения отца и матери Чино. Они вместе ходили в младшую школу. Муж Понне, младший брат старшего суперинтенданта Пака – полицейского родом из провинции Хванхэ, который отличился при ликвидации красных партизан, – прибыл в Ёндынпхо вместе с другими беженцами с Севера и заработал большие деньги, продавая на рынке перекрашенную и перелицованную военную форму, а также всякие подержанные вещи, которые поступали от американских войск и христианских благотворительных организаций. В те времена, когда из тканей была доступна только бязь, военная форма и вещи гуманитарной помощи представляли большую ценность. Вернувшись в родную деревню, Ли Чисан благополучно отметился в полицейском участке и через несколько дней спокойно сообщил матери:
– В день возвращения я встретил Понне.
Син Кыми, которая гладила чогори Старшего дедушки наполненным углями утюгом, равнодушно сказала:
– Понне вот-вот должна разродиться. – И, глянув на сына, как ни в чем не бывало добавила: – Она удачно вышла замуж. У них с мужем изрядная разница в возрасте, но в нынешней неразберихе иметь пищу и кров – уже счастье.
Син Кыми сказала, что раньше и сама брала у Пака вещи на реализацию и имела немалый доход, а потом стала нахваливать характер и жизнестойкость Понне. Подчеркнула, что та очень добра и деловита для своих юных лет, и напоследок бросила:
– Что за времена! Вы ведь дружили?..
Больше матери и сыну нечего было сказать.
Ли Чино лежал на террасе и слушал, как бабушка возится. Казалось, она заодно тихонько рассказывала ему старую семейную историю. Девочка, которую тогда вынашивала мать Чино, родилась на шесть лет раньше него – это была его старшая сестра Чонджа. В семейном реестре они значились как Ли Чино и Пак Чонджа. Хозяин красильной мастерской господин Пак был старше матери на пятнадцать лет, страдал от хронического заболевания и через три года после того, как родилась Чонджа, скончался в туберкулезном диспансере. Мастерская перешла по наследству его младшему брату, а Юн Понне стала на рынке возле лавки Син Кыми торговать с лотка одеждой и, как ей было предназначено судьбой, стала-таки женой Ли Чисана.
2
На сухих ветках распустились почки, появившаяся из них нежная листва постепенно разрослась, стала глянцевой, ярко-зеленой и теперь блестела на солнце. Ли Чино по-прежнему обитал на трубе. Вроде бы ожидались переговоры, но уже наступило лето, а от компании все не было вестей. Члены профсоюза металлургов по выходным собирались перед ее главным офисом на митинг, кричали в громкоговоритель, разворачивали плакаты – и только два десятка полицейских-срочников наблюдали за ними, а от компании не поступало никакой реакции. Так же без эксцессов прошел митинг в ознаменование сотого дня протестной акции Ли Чино. В офисе неизменно заявляли, что с новым владельцем не все ясно, и только когда тот, к кому перейдет компания, сформирует управленческую команду, можно будет заняться проблемами уволенных и профсоюза. Тогда многие проворачивали подобный трюк: увольняли рабочих, продавали компанию и как будто бы основывали новую, а все для того, чтобы перенести производство за границу и там нанять местных жителей. Однако Ли Чино и его товарищи решили не менять своих требований, независимо от того, кто окажется новым владельцем компании. Протестная акция, считай, только начиналась.
Ли Чино позавтракал, размялся, потренировал мышцы комплексным упражнением, походил туда-сюда вдоль перил. В каждую ячейку рассадной кассеты он посеял по два-три семечка салата, очень скоро растения взошли и через двадцать дней уже имели по три-четыре листика длиной в палец. Самые бодрые и крупные из них он рассадил по три штуки в импровизированные горшки из обрезанных пластиковых бутылок. Таких горшков у него было пять. Пакет земли купил в ближайшем цветочном магазине Чха. Чино поливал горшки питьевой водой, которую получал утром и вечером. Он опустился на колени и внимательно осмотрел листья, стебли и землю. В горшках шевелились крохотные белые букашки. Откуда они могли взяться? Наверное, жили в земле. Чино подумал о том, что даже эти крошечные создания, которых, не шевелись они, и не заметишь, изо всех сил стараются выжить. Каким же долгим был для них каждый день…
Подошло время обеда, и тут небо на западе потемнело, набежали черные тучи. Ветер усилился и, когда Чино спустил обратно корзину, закапал дождь. Чино проверил, надежно ли закреплен брезент с внешней стороны перил, поправил натянутую с внутренней стороны тепличную пленку. Подтянул по одной стропы палатки, привязанные к перилам и болтам площадки. Затащил под пленку горшки, покрепче обвязал веревкой то, что было обвязано, в том числе пластиковый ящик, в котором лежал блок и другие полезные вещи. Когда дождь усилился, он надел плащ с капюшоном. Не мог же он из-за дождя сидеть в палатке! Бывают дни ясные, пасмурные, дождливые, дни, когда бушует ураган. Погода становится то теплее, то холоднее – это не имеет значения. Так в человеческой душе скука, злость, легкость, грусть и радость сменяют друг друга в череде дней и ночей.