Вот написал Галушка книжку про сталинские методы в экономике, эту книжку так распиарили и расхвалили, что даже резолюции на ней не нужно и — что? Где это чудо, которое должно было произойти с российской экономикой? Такая же история будет (точнее — ничего не будет), если все руководители начнут, как Сталин, проводить рабочие совещания на даче за ужином, а военные командиры, как Рокоссовский, будут дисциплину поддерживать в войсках не криком, а добиваясь уважения и любви у подчиненных.
Конечно, мне лично приятно было, когда получаешь новое назначение на более высокую должность, и к тебе в кабинет идут твои подчиненные не с поздравлениями, а, наоборот, с обидой на тебя за то, что ты уходишь от них. Это офигеть как приятно! Когда вас подчиненные поздравляют с новым назначением, то, знайте, они не за вас радуются, а за себя, что они от вас, наконец-то, избавились, и надеются — может следующий начальник лучше будет. А вот когда ты в процессе перевода, еще на прежней должности пока, приходишь утром на службу, а с тобой начальники подчиненных тебе подразделений через губу здороваются, потому что они обиделись — вот это, действительно… вдохновляет.
Только есть один нюанс. Плевать вашим подчиненным, что на более высокой должности вы больше пользы стране принесете. Что им от этой пользы всей стране? Это при Сталине, если на каком-нибудь предприятии ударник-стахановец придумал метод, повышающий производительность труда, то этот метод сразу по всей отрасли внедрялся. А если на частном предприятии стахановец-ударник… Чувствуете нелепость?
А представьте себе отделение полиции, в котором актив вдруг загорелся идеей принести пользу всему обществу, начать так работать, чтобы кардинально снизить на раёне уровень преступности, чтобы вышестоящее руководство начальника этого отдела в пример всей полиции ставило. Героическим трудом весь отдел прославил своего начальника! Тоже не можете представить? Вот то-то. Вот вам и весь «кристалл роста». В той системе, когда тебе не принадлежит это государство, твои личные интересы не совпадают с интересами государства, хоть какую должность ты ни занимай — они не совпадают. Даже если ты не марксист, но если ты не абсолютно тупой, то ты это знаешь и понимаешь. Тебя пропагандисты этого государства могут изо всей силы убеждать, что нужно быть патриотом, что быть патриотом этого государства в твоих интересах, но ты же видишь кто в Думе является представителями этого государства, Дума — представительная власть как бы, и что, у тебя с ними есть общие интересы?
Поэтому каким бы хорошим начальником для своих подчиненных я ни был, но заставить их работать, давать более высокий, чем это требовали спущенные сверху показатели — я не мог. Это невозможно было. Максимум, что делал даже мой самый лучший коллектив — прикрыть мне задницу, как начальнику, чтобы у меня показатели были в норме. Будешь от коллектива требовать больше — он тебя перестанет понимать, «дурочку включит». Не поймешь, не остановишься — возненавидит. Стахановцы в нашей системе невозможны.
А если ты токарь-слесарь на заводе, то какой тебе лично интерес относиться к своим коллегам, с которыми ты в одном цеху трудишься, так, чтобы они в мастерстве с тобой сравнялись и даже превзошли тебя? Тебе лично какой с этого интерес? Это твой личный завод? Ты гегемон? Тебе в этой системе, напротив, интересно быть уникальным специалистом. А если ты начальник цеха, то тебе лично интересно, чтобы в цеху ты в своей должности был незаменим, чтобы тебя хозяин уволить боялся. Т. е., все твои подчиненные должны быть ниже тебя уровнем. Ты будешь бояться тех, кто может тебя «подсидеть», ты почти рефлекторно будешь их давить. А с этим на госслужбе дело обстоит даже хуже, чем в коммерческих предприятиях. Это на частном предприятии владельцу невыгоден незаменимый «начальник цеха», он будет лично контролировать ситуацию. От этого толщина его кошелька зависит. А на госслужбе (и в армии!) всё наоборот. Всем начальникам и руководителям выгодно, если вниз по кадровой лестнице все будут тупее, чем они. Это гарантия их безопасности и кадрового роста. Тебя и заменить некем, и выдвинуть наверх, кроме тебя, некого.