Вот вам и разгадка того, почему самолеты Мессершмитта были приняты на вооружение люфтваффе, даже при том, что самого Мессершмитта недолюбливал Эрхард Мильх, заместитель Геринга — на одном из самолетов Мессершмитта погиб друг Эрхарда.
Да, какое-то значение играла технологичность машин Мессершмитта для их серийного производства, но даже при всем этом эти уродцы вызывали много вопросов, да и сам Вилли никогда не делал боевых самолетов, его амплуа — скоростные легкие транспортные, он и в будущий истребитель переделал Мессершмитт Bf 108 «Тайфун», скоростной гоночный самолет. Но ведь скорость — это еще далеко не всё, что нужно истребителю. И сами немецкие авиаконструкторы это понимали, по крайней мере, посмотрите на то, что предлагал Хейнкель в качестве истребителя:
Да, истребитель был еще сырым (а первые модификации Ме-109 уже «сухими»?), но он даже внешне — нормальный истребитель. А дальше Хейнкель вместо того, чтобы заниматься комплексной доводкой машины, начал увеличивать ее скорость, в результате, погнавшись за скоростными показателями, стремясь превзойти по этому показателю Ме-109, загнал свою разработку в тупик. Впрочем, даже если бы машина Хейнкеля была принята на вооружение, то это люфтваффе не спасло бы. Старик Хейнкель тоже отличался оригинальными конструкторскими решениями, наши закупили в 40-м году опытный образец, посмотрели его в ЦАГИ и посмеялись.
Но хоть концепция даже по силуэту была видна! Направление! Зато у Мессершмитта было два козыря. 1 — Гесс. 2 — наклепать его уродцев можно было много и быстро. И на счастье Вилли возглавлял технический департамент люфтваффе Эрнест Удет. Который не любил Хейнкеля, он на его самолете едва не разбился.
А вы думали как принимают образцы на вооружение? Думали, что создают специальный Комитет обороны при правительстве, при этой Комиссии — военно-техническое бюро, там заседают важные мужчины, которые каждый образец рассматривают, спорят, голосуют, выражают согласие или несогласие, требуют дополнительных испытаний, конструкторов заставляют дорабатывать… А вот — хрен вам! Надо было только бабла занести куда нужно, получить билет спонсора и дело в шляпе.
А то, что самолеты не совсем даже военными самолетами выглядят — да кого это, особенно их конструкторов, волнует?! Да, Александр Сергеевич Яковлев, описывая свои встречи с немецкими конструкторами, не забыл добавить, что они не только конструкторами были, но и капиталистами. Да он и описывает их, как натуральных барыг.
И это не только авиации, кстати, касалось. Такая же картина была и с немецкой артиллерией. Там — Крупп. Хозяин Гитлера. Настоящий хозяин этого паяца. Так вермахт и получил артиллерию, фактически, отличающуюся от артиллерии, с которой Германия воевала в ПМВ, только тем, что на колеса натянули резиновые шины. Утрирую, но не очень даже сильно. Разработка новых артиллерийских систем — дело дорогое и долгое, поэтому чуть модернизируем уже разработанное и в — серию. Не им же, барыгам, с этим воевать!
Поэтому Ме-109 — тоже «резиновая шина на колесо», адаптированный под истребитель скоростной почтовик. Ю-52 — пассажирский. Ю-88 — почтово-пассажирский. Хе-111 — пассажирский. Это самые массовые самолеты люфтваффе.
Отдельная история — Ю-87. Это даже не история, а анекдот. Эрнесту Удету как-то довелось полетать на «Кертис-хоук», биплане, когда он, Удет, в США выступал в роли воздушного циркача, демонстрировал публике трюки высшего пилотажа в 1933 году. Это еще, кстати, чем занимались высшие чины командования люфтваффе тогда, когда у нас полным ходом шло строительство военно-воздушного флота — они в цирке работали. И Удету очень понравилось, как пикирует «хоук». Он пришел в восторг, уже когда приехал в Германию проехался по ушам Герингу насчет перспектив того, что с таких самолетов можно на пикировании бомбометание производить и оно будет особенно точным. Каждая бомба — в яблочко. Купили два «хоука», привезли в Германию для образца своим конструкторам. Тут же Удет залез в привезенный, чтобы показать, на что самолет способен. Показать получилось нечто — на выходе из пике у «хоука» отвалился хвост. Удет чудом остался жив, успел вывалиться из самолета с парашютом. Но маньяка ничто не остановит! Нужен именно пикирующий бомбардировщик! Чтобы именно так пикировал. Дали заказ фирме «Юнкерс». Там быстро сляпали нечто, названное потом «Штукой».
Это нечто увидел Вольфрам фон Рихтгофен и возмутился, был категорическим противником принятия его на вооружение. Рихтгофен четко указывал на недостатки этого летающего уродца: легкая добыча для истребителей противника и отличная цель для зенитной артиллерии, а точное бомбометание возможно только с высоты 1000 метров… Марк Солонин очень сильно хвалит «Штуку» за точность, в круг 30 метров — без проблем.