И такое не только в историографии или в медицине, это есть в любой отрасли научных знаний, если ты пошел против «линии партии», то жди того, что тебя будут топтать сапогами признанных авторитетов. Хочешь признания авторитетов — следуй линии и они тебя отблагодарят, поделятся с тобой шматком всяких материальных благ, потому что каждый «молодой специалист», пишущий научные труды в правильной парадигме, работает на укрепление авторитета «аксакалов». Типа, даже изыскания молодых ученых подтверждают правоту стариков.
Поэтому я более чем уверен, тот же Исаев всё знает и понимает, он знает по какой линии шагает. С этим и связана его такая нервная, до истерики, реакция на меня. Он и без меня прекрасно знает, что написанное им, все его книги — это «немытые руки». Зато признания авторитетов добился.
И Балаев мог бы добиться, но он — дурак, его предупреждали, а он советам уважаемых людей не стал следовать. Уважаемый Евгений, они бы и меня растоптали, но у них кишка тонка. Во-первых, я не историк, у меня профессия есть, перефразируя Гумилева, и не одна. Во-вторых, если прижмет, я хоть кассиром, хоть грузчиком. Да и читатели меня поддерживают так, что я имею возможность работать над книгами, без их поддержки было бы весьма туго. «Нет у вас методов против Кости Сапрыкина!».
Но нервы трепят, конечно. Свою порцию я от этих, с «немытыми руками», получаю, не сомневайтесь…
Тупой ли, уважаемый российской публикой, интересующейся военной историей, Алексей Валерьевич Исаев? Человек, выводящий блицкриг из штурмовых групп, явно очень сильно неумный. А его предположение о маршале Мерецкове, о том, почему его Сталин называл ярославцем, демонстрирует катастрофический уровень общей образованности и культуры Исаева. Но понимать вполне элементарные вещи он-то способен или нет?!
Например, 28 панфиловцев. Ладно, сразу не догадался, опростоволосился, начал высказывать о Кривицком, мол, за фальсификацию подвига его на Колыму нужно было бы. Но теперь-то тебе показали, прямо даже не пальцем ткнули, а твоейным лицом: 1948 год! Какой военный прокурор решился бы начать расследование в направлении «а был ли бой у Дубосеково»?! 1948 год! Даже Прокурору СССР это в голову не пришло бы. И первый же вызов на допрос известнейшего журналиста Кривицкого стал бы для вызвавшего его следователя последним допросом. Дальше самого следователя на допросы водили бы. Ладно, в жизни бывают случаи невероятные. Но ты же сам читаешь набор тех пипифаксов, которые называются справкой прокурора Афанасьева:
«В августе 1942 года Военная Прокуратура Калининского фронта вела проверку в отношении ВАСИЛЬЕВА Иллариона Романовича, ШЕМЯКИНА Григория Мелентьевича и ШАДРИНА Ивана Демидовича, которые претендовали на получение награды и звание Героя Советского Союза, как участники героического боя 28 гвардейцев-панфиловцев с немецкими танками.»
Какая проверка и по какому поводу? Ну ладно, Васильев и Шемякин были живы, а Шадрина чего проверять, если он погибшим числился? «Претендовали на получение награды»!!!! На получение какой награды они претендовали в августе, если были награждены Указом Президиума ВС СССР в июле?! Так ты ведь и документы по Добробабину видел, ты же в них читал, что СМЕРШ начал в нем подозревать шпиона еще в 1944-м году, но арестован Добробаба был только в 1948-м. Ничего тебе подозрительным не показалось?
К чему я веду? Понимаете, всё, что Исаев про 28 панфиловцев напел — это не от тупости. В той истории и клинический идиот способен разобраться, потому что липовые документы от имени военной прокуратуры делали клинические идиоты. Но у нас еще с Перестройки устаканилось, что бой у Дубосекова — легенда. Всего лишь вымысел. Ведь «справка Афанасьева» еще в самом начале 90-х появилась. Тренд уже был на вымысел. Исаев всего лишь в тренде. Заявить, что подвиг действительно был, к тому же, это поставить под сомнение подлинность тех документов, которые лежат в наших архивах — это подрасстрельный поступок для историка. Если бы Исаев сказал, что документы, представленные о 28-ми директором Росархива Мироненко не внушают доверия, то сразу его биография чиновника от исторической науки прервалась бы на трагической ноте. А как же историческая истина, тем более, речь идет о славе наших дедов, о подвигах советских воинов, которые мы как бы, и это тело Исаев тоже, чтим, в рядах «Бессмертного полка» гуляем? А вот — так. Если слава и воинская честь наших дедов, советских бойцов мешают научной карьере, то по фигу на эту славу, мы ее откорректируем немецкими архивами. Так ведь, Алексей Валерьевич?