Ладно, Исаев. Он даже в гости к «Тактик-медиа» ходит. Уважаемый в той шайке человек. Но бывший летчик, известный блогер, ведёт бескомпромиссную борьбу с клеветниками из «Тактик-медиа»… Разговариваем с ним по телефону, он планирует запись со мной, рассказываю ему о майских 1941-го года приказах наркома Тимошенко о маскировке аэродромов. В них — покрасить взлетные полосы под цвет местности, на аэродромах имитировать овраги, поля и огороды. Человек даже возбудился! Летчик все-таки. Диктую ему Директиву № 1: «…перед рассветом 22 июня 1941 г. рассредоточить по полевым аэродромам всю авиацию, в том числе и войсковую, тщательно ее замаскировать». Удивился, что сам раньше не заметил. Но теперь-то заметил! И что? А — ничего. По буквам Н-И-Ч-Е-Г-О. И он берет ЭТО
в котором Директива № 1 — реальный документ и ЭТИМ отстаивает историческую правду. Так у вас уже, гражданин Потапов, историческая правда развилась до такой степени, что вся советская авиация по состоянию на 22.06.1941 года была готова к ночным полетам. Поздравляю вас.
Ну, ладно. К нашим баранам вернемся, т. е., к асам, точнее к экспертам, как они сами себя называли. Интересно, которые в «Тактик-медиа» сами-то читали, что эксперты про себя насочиняли? Такое, например:
«Когда осенью 1943 Эрих достиг 150 побед, его слава начала стремительно расти по обе стороны фронта. Германское радио начало часто повторять его имя. Иногда его фотография появлялась в газетах, обычно среди других лучших пилотов JG-52. Для русских он стал известен как Карая-1, по своему позывному. Позднее для русских он приобрел мрачную известность, как „Черный Дьявол Юга“. Легенда родилась, когда Эрих пересел на самолет с черным носом. Его истребитель имел характерный рисунок, что-то вроде лепестков тюльпана. Поэтому Эриха было очень легко отличить в бою, и советские пилоты быстро поняли, что пилотирует этот самолет пилот, с которым лучше не встречаться. Он никогда не промахивался. Русские назвали этого внушающего ужас, но пока еще неизвестного противника „Черным Дьяволом Юга“.»
Офигеть, правда?! Тимин, ты читал это? А еще вот такое:
«Летя над слоем рваных облаков, Эрих заметил 3 штурмовика Ил-2, которые обрабатывали позиции германской артиллерии. Русские намеревались спокойно уничтожить свою цель. Они кружили на малой высоте, обстреливая батарею. И они полностью забыли о своих хвостах.
Толкнув ручку вперед, Эрих пошел в пологое пике, оказавшись сзади и ниже штурмовиков. Он не стрелял, пока расстояние не сократилось до 50 ярдов. Первый русский взорвался сразу, и Эрих отвернул, чтобы атаковать второй Ил-2. Он дал очередь в упор, и русский, загоревшись, пошел вниз. Новый заход на третий штурмовик, очередь, и еще один взрыв. Уходя с места боя, Эрих с удовлетворением оглянулся на 3 столба дыма, отметившие места падения штурмовиков…
Биммель Мертенс и остальные техники похлопали своего молодого командира по спине и занялись самолетом. Остальные пилоты эскадрильи потащили счастливого Белокурого Рыцаря в столовую. Пирушка шла полным ходом, когда ворвался Биммель. Выражение его лица моментально погасило ликование собравшихся.
„Что случилось, Биммель?“ — спросил Эрих.
„Оружейник, герр лейтенант.“
„Что-то не так?“
„Нет, все в порядке. Просто вы сделали всего 120 выстрелов на 3 сбитых самолета. Мне кажется, вам нужно это знать.“
Шепот восхищения пробежал среди пилотов, и шнапс снова полился рекой. Вилли Батц, хотя и был командиром группы, праздновал вместе с ними. Когда пирушка начала тускнеть, принесли сообщение из ставки Гитлера, что обер-лейтенант Эрих Хартманн награжден Мечами к своему Рыцарскому Кресту. Это была следующая за Дубовыми Листьями степень Железного Креста.»
Понятное дело, за такое число сбитых фюрер платит столько, что в шнапсе и утонуть можно. Но это еще не самое замечательное, мне у Липферта даже больше понравилось, вот он сбивает свой 200-й самолет:
«Это был мастерский пример безупречной победы (ага, главное самого себя не перехвалить — авт.). Я спикировал позади русского, приблизился к нему снизу, уравнял свою скорость с его и занял идеальную позицию. Я открыл огонь, когда ни о чем не подозревавший вражеский пилот начал пологий левый поворот. ЛАГГ немедленно загорелся и рухнул вниз. По радио полились поздравления. После посадки меня едва не раздавила толпа доброжелателей. 683 боевых вылета, 200 побед! Комендант аэродрома, оберст-лейтенант, обнял меня, почти задушив. Я никогда прежде не видел этого оберст-лейтенанта Хандрика, но мы моментально стали хорошими друзьями. Позднее была устроена очень приличная вечеринка.»