Есть еще один момент. А как эти приказы отразились в сознании людей, встретивших ту войну? Обязательно должны были отразиться, ведь люди в командирских званиях получали эти приказы, с ними ознакамливались, ставили задачи об их исполнении и сами исполняли, там сроки — от 1 июля и дальше. Но война-то раньше началась, это обязательно в виде зарубки в памяти должно было остаться: мероприятия запланированы были с ошибочными сроками, не успели, потому что немцы раньше напали.
Но, удивительное дело, это всё пролетело мимо памяти всех, кто войну встретил. Я, по крайней мере, ничего не нашел. Ни у кого. Может, что-то пропустил? Мне больше всего нравятся воспоминания Александра Ивановича Покрышкина о начале войны, о предшествующих ей последних днях и первых днях начала. Александр Иванович помнил всё до мельчайших деталей, когда писал воспоминания, вплоть до того, что оставил в гарнизонной квартире, когда в лагерь выезжал, отрез на платье, купленный сестре в подарок. Свойство психики человека в переломные моменты биографии помнить происходившее до конца жизни с фотографической точностью. Так Покрышкин встретил войну в должности заместителя командира эскадрильи, он обязательно должен был знать о приказах по маскировке аэродромов и самолетов. Пусть даже не о приказе наркома, пусть командующий ВВС округа на основе приказа наркома свой приказ издал бы, пусть даже командир полка на основе приказа командующего ВВС, но все командиры авиачастей должны были знать об этом приказе и о сроках его исполнения. И эти мероприятия должны были проводиться. Но Александр Иванович про отрез на платье помнит, а про то, что мероприятия по маскировке намечены до 30 июля, а война началась раньше, застала всех незамаскированными — ничего. Он даже не помнит, что эти мероприятия проводились, что самолеты, например, приказано было перекрасить. Напротив, он написал, что пришли с завода МИГи покрашенные нормально, зеленой краской. А Жигарев в это время бегает к Сталину с предложением насчет краски для самолетов. И никто в полку, где служил Покрышкин, самолеты не перекрашивал.
Но может какой-то враг народа утаил от командования ВВС округа эти приказы, поэтому Покрышкин не в курсе был?
Я даже нашел этого «врага народа». Куда должны были поступить эти приказы из Наркомата обороны по «лестнице вниз»? Конечно, в штабы военных округов, оттуда еще ниже, по управлениям и частям. Начальник штаба Одесского военного округа, в котором проходил службу заместитель командира эскадрильи Александр Покрышкин — будущий маршал Матвей Васильевич Захаров. Кое-что Матвей Васильевич о маскировке все-таки вспомнил:
«Приказом НКО от 19 июня войскам предписывалось замаскировать аэродромы, боевые и транспортные машины, склады, парки и базы, а также рассредоточить самолеты на аэродромах. Флоты и флотилии должны были повысить боевую готовность и усилить корабельные дозоры.»
Но удивительное дело, Захаров тоже не обратил внимание и в его памяти не отложилось, что мероприятия по маскировке уходили по времени далеко за 22 июня. А маршал Захаров всё вспоминал именно в русле, что Сталин не верил в нападение Гитлера и старался оттянуть, себя маршал выставлял героем, который лично привел в боевую готовность войска округа. Но у него нет ничего о том, что нарком и Сталин ошиблись в сроках проведения необходимых для приведения войск в готовность мероприятий.
Да, вот еще. В 2005 году появилась на прилавках книжных магазинов интересная книга:
«Захаров М. В. Генеральный штаб в предвоенные годы: (сб.) / М. В. Захаров. — М.: АСТ: ЛЮКС, 2005. — 766 с. — (Неизвестные войны)». Очень интересная. Особенно тем, что в одном из приложений там опубликован протокол допроса арестованного бывшего командующего Западным фронтом генерала Д. Г. Павлова. Так вот, давая показания о дне начала войны, о том, что происходило накануне и уже ночью 22-го июня, Дмитрий Григорьевич ни словом не обмолвился о Директиве № 1. Ни он сам, ни следователь, его допрашивавший. Ни словом, ни буквой. При том, что в архивах валяются приказы самого Павлова во исполнение этой пресловутой Директивы о приведении войск в готовность. Как новенькие лежат. Только чуть пожелтели и помялись. И даже лежит рукописный оригинал, написанный рукой Г. К. Жукова. Вот как приведенный выше оригинал секретного постановления, написанный рукой Маленкова.