В Москве повторяли: ради переноса границы большевики готовы идти на серьезные уступки в пользу Хельсинки. Однако договориться так и не удалось…
Если до разгрома англо-французских войск под Дюнкерком в Хельсинки старались не афишировать военные связи с Берлином, то с лета 1940 года курс на сближение с Третьим рейхом проводился открыто.
В конце августа 1940 года было достигнуто соглашение о транзите немецких военных грузов через территорию Финляндии в Норвегию.
Начальник немецкого Генштаба Франц Гальдер записал в своем дневнике: „22 августа 1940 года Рессинг (военный атташе Германии в Финляндии) доложил о состоянии финской сухопутной армии, насчитывающий 16 дивизий. Перемена отношения фюрера к Финляндии. Помощь Финляндии вооружением и боеприпасами. Переговоры о разрешении прохода двум горным дивизиям по приморской дороге в Киркенес“.
Генерал-майор запаса Тааво Талвела, в то время являвшийся эмиссаром Маннергейма по немецким вопросам, в своих заметках отметил: „Я был на обеде у маршала, где обсуждалась обстановка. Мы оказались теперь в германском строю… Эта неделя стала судьбоносной для Финляндии. Мы осуществили поворот на сторону Германии“.»
Что должно было стать с этой газетой в нормальном государстве? Конечно, в редакцию должны были прийти сотрудники компетентного органа, обыски и аресты, уголовные дела по факту государственной измены и суровые приговоры справедливого суда. Но это в нормальном. А если у Президента стоят на полке в кабинете книги этого автора:
«…при подписании 23 августа 1939 года советско-германского договора о ненападении Берлин пошёл на признание Финляндии сферой советских интересов. Таким образом, ни о каких союзных отношениях между Берлином и Хельсинки в этот период говорить невозможно…
Получив гарантии невмешательства Германии в советско-финляндские отношения, Москва решила активизировать свою политику и добиться гарантий безопасности северо-западных границ СССР…
Вместе с тем постепенное охлаждение советско-германских отношений во второй половине 1940-го — первой половине 1941 года позволило Финляндии стать союзником Германии в войне против СССР…»?
А если у вас в докторах исторических наук и профессорах ходят персонажи с такими… кхм, знаниями:
«Позиция Германии в советско-финляндской войне предопределялась пунктом 1 „Дополнительного протокола“ советско-германского пакта о ненападении от 23 августа 1939 г. Он гласил: „В случае территориально-политического переустройства областей, входящих в состав Прибалтийских государств (Финляндия, Эстония, Латвия, Литва), северная граница Литвы одновременно является границей сфер интересов Германии и СССР …“. Таким образом, Германия предоставляла СССР свободу действий на территории Эстонии, Латвии и Финляндии…
Учитывая заметные военные успехи и в то же время вероятность затягивания войны на длительный срок в случае стремления „советизировать“ Финляндию, советское руководство решило отказаться от своей „программы-максимум“, т. е. поставить во главе Финляндии „коммунистическое правительство Куусинена“. Опасаясь затягивания боевых действий до непосредственного участия в них французских и английских вооруженных сил, и не только на севере, в самой Финляндии и Норвегии, но и в Закавказье, советское руководство и Германия решили пойти на подписание мира, требуя от Финляндии принять за основу те условия, которых Москва добивалась до начала войны…
Таким образом, вся суть отношения Германии, точнее, германского высшего политического руководства к советско-финляндской войне сводилась к нанесению частного стратегического поражения Англии и Франции и отвлечению СССР от войны на Западе. И Гитлеру удалось этого добиться, сначала обеспечив СССР благоприятные условия для начала войны с Финляндией, а затем выступив посредником в заключении советско-финляндского мирного договора.»?