«Совершенно секретно
Товарищу СТАЛИНУ
НКВД СССР располагает данными о том, что начальник 2 Главного Управления Наркомата Боеприпасов ЕФРЕМОВ Борис Александрович, заместитель главного инженера того же главка ЧЕРНЯЕВ Анатолий Федорович и начальник Технического Совета наркомата СИДОРА Александр Федосеевич ведут вредительскую работу.
ЕФРЕМОВ Б. А., ЧЕРНЯЕВ А. Ф. и СИДОРА А. Ф. не приняли необходимых мер к отработке технологии производства на заводах № 5 и № 53 капсюлей-воспламенителей „Шкасс“, которых в 1939 и 1940 гг. забраковано 171 миллион штук.
ЕФРЕМОВ и ЧЕРНЯЕВ не организовали также отработку конструкции и освоение производства взрывателей к снарядам, минам и авиабомбам. В результате сдача взрывателей Д-1 и МБ на вооружение Красной Армии сорвана.
СИДОРА в июле 1939 года изменил существовавший процесс изготовления артиллерийских железных гильз, отменив операцию по их термической обработке, что привело к массовому браку. Вместо 5700 тысяч штук по плану заводами наркомата боеприпасов за 1940 год выпущено 1100 тысяч штук железных гильз, из коих забраковано 960 тысяч штук.
Кроме того, показаниями бывшего директора Сталинградского завода „Баррикады“ БУДНЯКА Д. С. (осужден к ВМН) ЕФРЕМОВ изобличается как участник контрреволюционной троцкистской организации, в которую был вовлечен БУДНЯКОМ в 1932 году. В 1934–35 гг. ЕФРЕМОВ являлся помощником врага народа ПАВЛУНОВСКОГО И. П.
Показаниями бывшего директора завода № 19 ПОБЕРЕЖСКОГО (осужден к ВМН) СИДОРА изобличается во вредительской работе по срыву выпуска деталей к авиамоторам.
НКВД СССР считает необходимым арестовать ЕФРЕМОВА Б. А., ЧЕРНЯЕВА А. Ф. и СИДОРА А. Ф.
Прошу Ваших указаний.
Арест упомянутых лиц согласован с тов. МЕХЛИСОМ и Наркомом Боеприпасов тов. СЕРГЕЕВЫМ.
Народный комиссар внутренних дел Союза ССР Л. БЕРИЯ»
АП РФ. Ф. 3. Оп. 58. Д. 343а. Л. 57–58. Подлинник. Машинопись.
И только через полгода после ареста подчиненных Сергеева, арест которых с Сергеевым еще и согласован был, дошла очередь и до самого Сергеева, о котором в Акте проверки было такое:
«Тов. Сергеев плохо разбирается в людях, не умеет их распознавать. Большим доверием у него пользовался Иняшкин — заместитель наркома по кадрам (снят с работы в процессе проверки НКБ). Этому Иняшкину т. Сергеев передоверил все дело подбора и расстановки кадров. В результате Иняшкин, отличавшийся безделием, пьянством и самоснабжением, развалил работу по кадрам. На руководящую работу в наркомате и главках Иняшкин выдвигал негодных людей, засорял аппарат наркомата политически сомнительными и малоквалифицированными работниками…».
Т. е., никто не собирался ничего тупо навешивать на Сергеева, сначала были только подозрения о «плохо разбирается в людях». Но в 1955 году уже расстрелянный бывший Нарком НКБ был… правильно вы подумали — реабилитирован.
Представляете? Даже если бы такого не было, как о Сергееве в Списке:
«Уличается показаниями СИДОРА, ХОДЯКОВА, КУПЕРА, ГОРИНА, ИНЯШКИНА, ШИБАНОВА, ЕФРЕМОВА, ХРЕНКОВА, ТОЛСТОВА и ИРЛИНА в том, что он являлся одним из руководящих участников антисоветской организации, проводил вредительскую и шпионскую работу.
Сознался в том, что в 1936 году был вовлечен КАЗАНСКИМ в военно-заговорщическую организацию, а в 1940 году привлечен к шпионской работе немецким агентом БОТЛАКОМ.
По вражеской работе в области подготовки командиров РККА и Оборонной промышленности был связан с КАЗАНСКИМ, РОГОВСКИМ, БОНДАРЕМ, ХРЕНКОВЫМ, ШИБАНОВЫМ, ТОЛСТОВЫМ, ХОДЯКОВЫМ, ИНЯШКИНЫМ, ЕФРЕМОВЫМ и ИРЛИНЫМ. Кроме того, занимался шпионажем в пользу Германии» —
но важнейший для обороны страны наркомат выполняет план чуть на более, чем наполовину, государству нанесен ущерб в сотни миллионов рублей (миллиардов по нынешним деньгам), а руководитель всего этого безобразия — невиноватый. Он просто плохо в людях разбирался? И как вы думаете, в его следственном деле после реабилитации осталось хоть что-то из того, что за ним было из перечисленного в «расстрельном списке»? Я подозреваю, что и эти Списки составлялись не для того, чтобы Сталин на них резолюции писал и даже не при жизни Сталина, а именно во время проведения реабилитации, для подготовки ее.
Поэтому мы с вами уже никогда точно не узнаем, что натворил нарком НКБ Сергеев. И не узнаем, за что конкретно поплатились головами Смушкевич, Рычагов, Птухин, Ионов, Штерн и другие авиационные начальники. Но мы точно с вами знаем из-за чего не мог застрелиться Копец…