Ведь вам же любой лейтенант, у которого молоко на губах после училища еще не обсохло, скажет, не взяв даже минуты на размышление, что при таких условиях даже если противники будут иметь равенство в силах, преимущество нанесения внезапного удара — почти гарантированная полная победа. Первые удары по узлам связи и бомбы крупного калибра — на взлетные полосы аэродромов. И всё — дальше уничтожение техники на стоянках. У противника дезорганизация и паника. И так волна за волной, силы БАО еще не успели засыпать и утрамбовать воронки на взлетках — новый налет. И снова повторяется всё. А в условиях, когда твои войска ведут наступление, нет даже смысла жечь самолеты на стоянках, не давайте им взлететь, превращайте взлетные полосы в лунный пейзаж, самолеты противника станут трофеями занявших эту местность частей наземных войск.
Но даже в условиях двукратного превосходства в силах, успех люфтваффе в первые дни войны выглядит весьма и весьма сомнительным, если принять во внимание, из отчета командующего ВВС Западного фронта:
«За день 22.6.41 г. авиацией противника были уничтожены на аэродромах и в воздушных боях 538 самолетов при 143 самолетах, потерянных противником. На следующий день потери сторон соответственно составляли 125 и 124 самолета и к концу июня, т. е. за 8 дней войны наши потери составляли 1163 самолета, потери противника 422… К исходу 30.6.41 г. военно-воздушные силы фронта имели истребителей 124 и бомбардировщиков 374, всего 498 самолетов, объединенных в семь дивизий… Военно-воздушные силы противника соответственно имели около 800 самолетов перед нашим фронтом, предположительно, 2-й воздушный флот.»
Как было у немцев двукратное преимущество перед нападением, так оно и осталось через восемь дней боев. А на второй день войны потери сторон почти сравнялись. Это при том разгроме, которому подверглась авиация Западного фронта. Таким образом, генерал-майору Копецу не было никакого смысла стреляться из-за трагедии авиации Западного фронта. Во-первых, его вины в этом не было. Во-вторых, драма была, но трагедия (любая война трагедия, конечно) была у Геринга, если судить, опять же, по отчету командующего ВВС фронта:
«С началом военных действий основной задачей военно-воздушных сил фронта были самостоятельные действия по борьбе с мотомеханизированными и танковыми колоннами противника и уничтожение его авиации на аэродромах. Наряду с этим важнейшей задачей было прикрытие центров и мест сосредоточения и выгрузки наших войск, взаимодействие с частями 3-й армии в районе Гродно, а также глубокая разведка противника.
Первые удары по танковым колоннам противника 22–23.6.41 г. были нанесены в районе Сувалки, Домброва, Гродно с одновременным ударом по аэродромному базированию противника на меридиане Августов, Седлец. Этот период характерен также большим количеством воздушных боев.
С 27.6.41 г. борьба с мотомеханизированными частями противника принимает характер эшелонированных ударов авиации и охватывает новые районы вдоль брестского шоссе (Пружаны, Береза) и районы Молодечно, Барановичи, Ошмяны, Минск, Бобруйск.
Судить о полных результатах работы авиации за этот начальный этап войны нет возможности, ввиду убытия тех частей, которые вели боевую работу в те дни, и слабого учета авиации в то время. По сохранившимся отрывочным данным за период с 22 по 30.6.41 г. сделано 2969 самолето-вылетов и сброшено 107 тонн 550-кг бомб. Основной бомбой, применяемой в тот период, была ФАБ-100. О количестве подбитых танков противника сведений нет.»
С 27 июня — эшелонированные удары авиации. И это не Копец писал, разумеется, и не сменивший его Таюрский (ненадолго сменил), Отчет за подписью генерал-майора Науменко, которому не было смысла что-то приукрашивать.
А ведь авиация Западного фронта подверглась самому жестокому удару и понесла самые тяжелые потери. Вы во всех исследованиях обязательно прочитаете, что ВВС Ленинградского округа были приведены в боевую готовность их командующим Новиковым, а войска Одесского округа, будущего Южного фронта, привели в боевую готовность к 22 по приказу начальника штаба округа Захарова, поэтому там потери авиации были невысокими. Но главной задачей люфтваффе было обеспечение действий танковых групп. А сколько танковых групп наступало против Южного и Северного фронтов? Ни одной. Зато против Западного — сразу две. Высокие потери авиации Западного, Юго-Западного и Северо-Западного фронтов стали следствием того, что против них действовали главные силы люфтваффе. Ни Копец, ни Птухин, ни Ионов не смогли бы предотвратить эти потери. Их вины в этом нет. А в чем именно они были виноваты — мы теперь уже никогда и не узнаем…