— Вы начальник этого вертепа? — спросил Алексей.
— Я прораб. Производитель работ.
— Вот именно! А что вы производите? Вот в этой комнате, например, что будет?
— Кабинет хозяина… А вы по какому вопросу?
— По государственному. Мы инспекторы по миграции. Моя фамилия Иванов. Вы не могли не слышать обо мне… Нарушений много? С Западной Украины рабочие есть?
— Есть. Трое.
— Так я и думал! Это они считают, что москали все их сало съели? Вы, прораб, ели их сало?
— Нет, не ел. Они не привозили.
— Вот и я не ел. А они подозревают… Соберите-ка всех своих иностранцев на кухне… Не завидую я вам, прораб. Ох, не завидую!
Верочка до сих пор считала, что актер это профессия. Как хирург или инженер. Нужно высшее образование и потом — учиться, учиться и еще раз учиться… Вот она не взяла бы скальпель и не стала бы у первого встречного вырезать аппендикс. А Сытин свободно ворвался в чужую специальность. Он стал актером без всякого Станиславского с его системой. Такое перевоплощение!
А Сытин продолжал восхищать почтенную публику:
— Значит, так, прораб. Проверим весь ваш Ноев ковчег и посадим каждого сверчка на свой шесток. Мигрантов в поезд и на историческую родину, а вас под суд. С вещами и на выход.
Верочка решила, что и ей пора играть. Она с шумом распахнула дверь, встала перед ней и ленинским жестом указала дорогу в светлый коридор. Через минуту Сытин остался один в будущем кабинете ювелира, а где-то у входной двери раздавался артистический голос: «Всем собраться на кухне! Срочная проверка документов! Бежать — бесполезно. Дом окружен».
Алексей на подоконнике разложил свой кейс, вытащил пару микрофонов на липучках и стамеску.
Фанерная обшивка поддалась легко, и жучки прилипли на своих местах в разных концах кабинета. Вся работа заняла десять минут. Именно столько понадобилось ошарашенному прорабу, чтоб сообразить, что главный инспектор неспроста остался один и в дальней комнате. Взятку, зараза, ждет!
Перед тем, как войти в кабинет, прораб постучал:
— Разрешите, товарищ Иванов?
— Заходи, бригадир. Не стесняйся.
— Я признаться хотел. Чистосердечно… Есть у нас нарушения. Трое без регистрации. Вот тут в папочке все данные на них.
Прораб протянул картонный скоросшиватель. Внутри на прищепке болтались три стодолларовые бумажки.
Такого поворота Сытин не ожидал. Сам он взятки давал часто, но ему предложили в первый раз.
Если возмутиться и отказаться, то можно сорвать всю игру. Кто поверит в честного инспектора? До сих пор Алексей играл правдиво. И в финале нельзя фальшивить.
— Нормально, прораб. Документы на ваших людей я забираю. Хорошо, но вот фотографии у всех троих одинаковые.
— Это у меня таджики. Они все на одно лицо.
Прораб скромно улыбнулся, поддерживая шутку. Он знал, что скоро все закончится. Взявший взятку всегда бежит с места получения.
А Сытину и так надо было уходить — дело сделано. Проходя мимо кухни, он заглянул в дверь. Верочку обступили рабочие и качали права. Она же молча перекладывала их документы. С места на место! Алексею пришлось крикнуть все тем же начальственным голосом:
— Все, инспектор Петрова, завершили проверку. Здесь нарушений нет. Уходим.
Они вышли, но Сытин не спешил покидать подъезд. На площадке в торцевой стене он нашел шкафчик, внутри которого громоздились скрутки электропроводки и кучка мусора на дне.
Из кейса Алексей извлек коробочку, нажал на ней кнопочку и положил в шкафчик под куски цемента, под обломки деревяшек и обрывки картона. Все! Теперь система будет включаться на звук голоса в кабинете и писать, писать, писать. Хоть месяц, хоть три… Скорее бы ювелир заехал в свои новые хоромы… Нет, Ольга не могла изменять с этим! С кем угодно, но не с человеком по фамилии Чуркин. Это было бы очень обидно…
Милан Другов сроднился с этими ребятами. Он нанял сыщиков три недели назад и в первое время очень на них злился. Виктор наседал с угрозами, а результатов не было… Детективы нужны были для поисков Ольги Сытиной. И где она?
Сыщики — все четверо — понуро стояли перед Друговым, перед своим работодателем.
Докладывал старший — Егор Зубков. Хороший парень, тихий, хотя и бывший майор ФСБ. А потому, что служил в архиве и всякие там погони со стрельбой видел лишь на экране.
— Мы, Милан, почти их поймали. В последний момент сорвались. Оба — и Сытин, и его жена. Почти как тогда, на даче. Невезуха, да и только!