— Давай выпьем граммов по сто противострессовых капель?! Завтра на свежую голову займемся поисками злосчастного черепа. Заодно узнаем, помог ли Василию «отвод», — предложил уставший Семен.
— Хорошо, только вначале я отгоню обратно «Мерседес», — внес поправку Владимир.
Глубокой ночью Семен беспричинно проснулся. Сел в разложенном кресле. В каминной было темно, но предметы были различимы благодаря проникающему сквозь шторы свету уличного фонаря. Он посидел несколько секунд, моргая со сна. Затем повалился назад в постель. Повернулся на бок, лицом к двери, прикрыл глаза. В следующий момент открыл их, услышав два тихих постукивания со стороны холла. Не успев сообразить, что к чему, Семен увидел, как открывается дверь. В темном проеме кто-то стоял в белом бесформенном одеянии. Этот кто-то тихо спросил женским голосом:
— Войти можно?
«Наверное, Светлана решила прийти ко мне», — спросонья подумал Семен. Приподнявшись на локте, хотел ответить утвердительно. Но в его сознании всплыли события этого вечера. Света и Юля были похищены! С трудом соображая, Семен всматривался в силуэт: кто же тогда это?
— Я опоздала, но решила заглянуть, посмотреть на тебя…
Семен удивленно приподнял бровь, окончательно запутавшись в своих мыслях. Светлый силуэт исчез, дверь закрылась.
— Да что творится в этом доме?! — прорычал Шульга, вскочил, полуголый, с постели, включил свет. Прошел в холл — никого! «Может, это к Владимиру знакомая пришла, да с любопытства заглянула ко мне?» — подумал Семен и, подойдя к комнате управдома, постучал к нему. Дверь открыл заспанный Владимир.
— Что, не спится? А я, представляешь, отрубился сразу. Или случилось что? — спохватился Владимир.
Семен понял: если бы у Владимира была гостья, он не выглядел бы таким сонным. Все же для своего успокоения спросил, один ли тот в комнате. Управдом оглянулся за спину и полушепотом произнес:
— Что это вдруг я должен быть не один? Кто-то проник в дом?
Семен почувствовал себя неловко. В оправдание пришлось рассказать о заглянувшей к нему незнакомке. Выслушав историю о ночной посетительнице, Владимир ладонями провел по своему лицу, как будто снимая с него остатки сна.
— Мать моя женщина! Ты так и не понял, кто это был?
Семена прошиб озноб.
— Скажешь тоже! Серьезно думаешь, это была Она?.. Смерть? Владимир многозначительно поджал губы.
— Тогда пойдем еще по стопочке опрокинем, не каждый день, вернее ночь, выпадает встреча с такой особой.
— А после встречи не всегда будет возможность за это выпить, — подхватил управдом.
Осушив рюмки, полуночники решили посмотреть, в каком состоянии пребывает Василий. Войдя в комнату девушек и включив свет, увидели: Следопыт жив. Его грудь вздымалась и опадала от равномерного дыхания. Лицо было бледно, но жизнь, по всей видимости, возвращалась к счастливчику.
— Чудеса, Семен Константинович! Ему лучше! — громко изумился радостный управдом.
Василий часто заморгал и приоткрыл щелочки глаз. Семен догадался: свет режет больному глаза. Он быстро включил лампу на тумбе и выключил потолочное освещение.
— Пить, — прошептал Василий растрескавшимися губами.
Владимир стрелой помчался на кухню и столь же быстро вернулся с банкой воды. Семен приподнял голову больного, Богданов стал поить Василия водой. Раненый громко глотал живительную влагу. Наконец, утолив нездоровую жажду, отстранился от кружки. Семен опустил голову Следопыта на подушку. Василий отдышался и обратился к Владимиру шепотом:
— Привет, Вольдемар, отец Михаил, что с ним?
— Мертв! — печально сообщил Богданов.
Василий в бессильной злобе зажмурился.
— Мерзавцы! Подлые сыны шакалов! Поднять руку на служителя Господа — это полный беспредел. Я во всем виноват, не уследил, привел за собой хвост, профессионал называется. На старика напали подло, неожиданно, а я был не в состоянии защитить его.
Владимир остановил Василия:
— Тебе нечего винить себя, виноваты те, кто совершил преступление. И хвост ты за собой не привел к церкви. Преступники поставили на прослушку наши телефоны, вот и выяснили, где ты скрываешься. К сожалению, они оказались быстрее нас. — Управдом опустил глаза, словно в произошедшем была его вина.
— Тогда все понятно. Жаль, что все напрасно, — Старик помер, — посетовал Василий.
Владимир указал на Семена и представил внуком Григория Алексеевича. Раненый слабо улыбнулся.