Полгода уже длился наш полет, до нужной планеты оставался всего месяц пути. В ту ночь я, еще раз просмотрев розовый конверт и убрав его в почтальонскую сумку, изготовленную из сверхпрочного и легкого материала, удобно устроился на койке, расположенной как раз напротив иллюминатора. Медленно проплывали за бортом голубые, красные и желтые точки звезд, уносились по бесконечной орбите кометы с длиннющими хвостами, скользили темные шары неведомых планет… Мои веки уже стали смыкаться, а сознание улетать в объятья сна, когда мощный толчок вышвырнул меня со своего ложа. Корабль затрясло, взревели двигатели торможения, и в тот же миг вспыхнула в моей каюте красная лампочка тревоги, а в воздухе повис непрерывный, режущий слух писк. Быстро одевшись, я выскочил в коридор. По нему уже бежали люди.
Не прошло и тридцати секунд с момента подачи тревоги, как весь экипаж собрался в рубке управления. Здесь уже распоряжался наш командир, Кай Юханссон — высокий и широкоплечий мужчина слегка за сорок, с мощной копной густых волос пшеничного цвета и твердым подбородком, символизирующим упорство. Он был то ли финн, то ли швед, то ли русский — так перемешались теперь национальности, что почти невозможно найти истинные корни человека, — и представлял Международную Службу Дальней Разведки. Ее эмблема в виде красной морской звезды красовалась на его иссиня-черном комбинезоне.
— Друзья мои, — произнес он ровным и спокойным голосом, — мы подверглись внезапной и неопознанной атаке.
— То есть? — удивленно воззрился на шефа его первый помощник Леонид Алкснис, человек с рано поседевшей головой и слегка раскосыми глазами, что придавало его взгляду некоторое ехидство.
— Дай экран, Пит, — кивнул Кай дежурному бортинженеру.
Тут же огромный иллюминатор сменился экраном, на котором развернула свои красные щупальца Крабовидная туманность.
— Сейчас мы находимся прямо у созвездия Тельца, — продолжал командир. — Точнее говоря, в полутора астрономических единицах от звезды Айн, где находится ближняя граница Крабовидной туманности. Всем известно, что где-то в недрах этой загадочной туманности существует мощнейший источник радио- и рентгеновского излучения. Так вот, на пути этого излучения встало нечто, что полностью поглотило его.
— Нечто вроде черной дыры? — выдвинул предположение Леонид.
— Не совсем, но очень похоже.
— Такого не может быть! — категорично высказался Айван Иванов, наш молодой и очень амбициозный астрофизик. — В данном районе не было отмечено никаких черных дыр. Там имеется нейтронная звезда, но…
— Я знаю, что такого быть не может! — строго сказал Кай. — Но взгляни на экран.
На экране появился курсор, который безапелляционно указывал в самый центр Крабовидной туманности. Там, на фоне звезд, окруженных едва просматриваемой дымкой, находилось нечто непрозрачное, словно точка на сетчатке глаза, мешающая воспринимать окружающий мир в полной мере.
— Из области пространства, указанной курсором, не исходит никакого излучения, не прорывается свет. Посланные туда сигналы исчезают, будто поглощаются чем-то. Похоже на черную дыру? — улыбнулся лишь уголками губ Юханссон.
— Похоже, — согласился Айван. — Но откуда?!
— Я еще не закончил. Насколько мы знаем, с поверхности черной дыры ничто не может вырваться. Ничто! Но случилось невероятное! Именно оттуда произошел выброс неизвестной нам энергии, который, словно невидимое ядро, торпедировал наш корабль. Скажу сразу, никаких поломок у нас нет. Мы будто подверглись удару из воздушной пушки; мощному, но не способному причинить нам ни малейшего вреда.
Все как-то сразу зашептались, заспорили, стали обсуждать странное происшествие, а командир стоял, широко расставив ноги и сложив руки на груди, будто наслаждался созданным впечатлением.
— Тогда из-за чего тревога? — прищурившись, спросил Алкснис, который, пожалуй, знал своего шефа как никто другой.
— Удар, друзья мои, был направленным. С полной уверенностью можно сказать, что в нас кто-то или что-то целилось. Потому-то нам и пришлось затормозиться и замереть на месте для детального выяснения обстоятельств.