— Кто ты? — с трудом разлепил я пересохшие губы.
— Я не враг тебе, — вновь прозвучало у меня в мозгу. — Так же как и вы, мы искали встречи с братьями по разуму. Искали тысячи лет, и все безуспешно. Никогда не думал, что мне доведется встретиться с представителем иной цивилизации подобным образом.
— Я — тоже, — я попытался состроить подобие улыбки. — Давай все-таки сядем, а то силы покидают меня.
Ничего не ответив, он первым уселся в пыль.
— Где мы? — спросил я, устраиваясь напротив него.
— Это — мир смерти, — прозвучал бесстрастный ответ.
— Что это значит?
— Это значит, что тут отсутствует жизнь.
— А как же мы? — задал я законный вопрос.
— Ты и сам знаешь, что скоро умрешь. Мне тоже осталось совсем немного.
— Так здесь не твой мир?
— Нет!
— Что с моими спутниками?
— Все погибли, как и мои…
— Мы в черной дыре? — спросил я неуверенно.
— Нет! — последовал резкий отрицательный ответ. — Ваш звездолет погиб бы еще на подходе к черной дыре. Здесь же просто мир смерти — и все! Потусторонняя Вселенная, если хочешь. В эту Вселенную можно попасть лишь одним-единственным способом — через «черный вход». Время от времени такие входы появляются в разных углах всех известных нам галактик. Никогда невозможно предугадать где именно. Они похожи на черные дыры, но гораздо меньше их по размеру и свободно пропускают в себя живую материю, которую потом пожирает прах и все превращается в пыль, что лежит у нас под ногами. «Черный вход» посылает как бы сигнал приветствия, а потом затягивает в себя живые организмы.
— Так мир смерти, — поразила меня чудовищная догадка, — разумен?!
— До конца этот факт не выяснен, — ответил собрат по разуму. — Мы посылали вам предупреждение, но вы, видимо, не поняли нас.
— Поняли, — с грустью ответил я, вспоминая последние действия нашего командира, — но было уже поздно. А как ты оказался здесь?
— Наш звездолет совершал разведывательный полет. Нам казалось, что мы обнаружили разумную жизнь, неподалеку от звезды желтого карлика…
— Вы летели из созвездия Цефея?! — выкрикнул я, несмотря на уходящие силы.
Последовала довольно долгая пауза, в течение которой я почти физически ощущал, как он изучает мой мозг.
— Да, — наконец прозвучал ответ. — В вашей классификации звездной системы именно оттуда.
— Боже мой! — от волнения мое и без того тяжелое дыхание стало еще более спертым. — Мы летели навстречу друг другу…
Великая встреча, думалось мне, встреча, которой ожидали мы на протяжении всей своей истории. Как много мы могли бы узнать друг о друге, многое почерпнуть друг у друга, но… Сама судьба отменила нашу встречу! А быть может, лишь отсрочила?..
— У нас очень мало времени, — прозвучал в моей голове уже знакомый голос.
— Нас могут спасти? — попытался я ухватиться за соломинку, но…
— Никогда! — услышал я безапелляционный ответ. — Ты плохо понял меня. Ничто живое не может покинуть мир смерти. Мы обречены! Вот, — в его руке, словно у заправского фокусника, появился вдруг небольшой предмет кубической формы. Зеленоватый кубик легко умещался на его трехпалой ладони. — Это пространственный переместитель. Он может перемещать лишь неживую материю. Заряда аккумулятора хватит только на одно отправление. Ты можешь послать в свой мир нечто, что даст весть о тебе.
Что же, дочка, человек должен не только достойно прожить отпущенную ему жизнь, но и достойно принять свою кончину. Что я мог послать на землю? Мой затухающий мозг лихорадочно искал варианты. Письмо! Словно подсказка, это слово прозвучало у меня в мозгу. Я выхватил из нагрудного кармана письмо неизвестного мне мальчика.