— Я же предупреждал! Дурная девчонка!
Антэн злобно пнул валявшийся шарик, и тут же от него раздалось невыносимое зловоние, которое почувствовали все. Акимару встала на четвереньки. У нее слезились глаза, и ее рвало. Принц, похлопывая ее по спине, произнес:
— Снаружи они одинаковы, дитя мое, но запах первого опьяняет, а от второго нестерпимо воняет. Мы не знаем, что это такое, и потому лучше поостеречься — никакие шарики не трогать. Даже Энкаку, знаток наук о травах, не понимает, что это. Когда мы доберемся до самого края южных стран, то встретим там много таких чудес, которых даже и представить себе сейчас не можем. Следует проявлять осторожность. Для тебя это будет хорошим уроком. А теперь давайте-ка пройдем еще немного, пока солнце не село.
Принц поднялся, и все, в том числе Акимару, последовали за ним. Она уже пришла в себя после того, как ее вырвало, и была спокойна.
Немного погодя путники одолели лес, и перед ними предстала долина. Солнце клонилось к закату, и дно лощины уже скрылось в тени. Между растущими деревьями высились башенки. В них жили люди, поскольку вверх поднимались столбы дыма. Антэн, внимательно оглядев склоны, сказал:
— Всем сразу спускаться небезопасно, поэтому мы с Энкаку пойдем на разведку и посмотрим на местных. А вы, принц и Акимару, подождите нас тут.
Монахи, с шумом продираясь сквозь заросли, скрылись в долине. И только они исчезли, как сразу же из-за ближайшей скалы выпрыгнуло невиданное животное. Принц удивился, но не растерялся и тут же приготовился к защите.
Животное напоминало кабана, только крупнее и толще. У него было округлое туловище, покрытое блестящей, в черно-белую полоску шерстью, узкие, как у свиньи, глазки и морщинистый нос. Именно нос этого зверя казался удивительнее всего — очень длинный, с кончиком-раструбом, настроенным постоянно что-то вынюхивать. Зверь тупо смотрел на принца, и тот понял, что характер у этого животного мирный, вреда он не причинит. Акимару, любившая животных, обрадовалась и смело шагнула вперед, чтобы погладить зверя. Но вдруг тот резко повернулся спиной и задрал хвост, из-под которого вывалилось что-то круглое. Это был помет.
При виде смущенной Акимару принц расхохотался, но, когда перевел взгляд на помет, очень, очень удивился. Без сомнения, точно такой же похожий на гриб шарик они видели раньше. Неужели это не растение, а помет? От столь неожиданного открытия принц воодушевился и представил, как удивятся Антэн и Энкаку, когда узнают об этом. Акимару, видимо, думала так же и с интересом разглядывала беловатый предмет.
Но тут за спинами принца и Акимару послышалась какая-то варварская тарабарщина:
— Мели, хола, хода, хода!
Обернувшись, они увидели среди скал местных жителей, которые уставились на них, — полуголых мужчин в травяных юбках, с птичьими перьями на головах и с золотыми кольцами в ноздрях. По всей видимости, они искали сбежавшее животное. Один из них выступил вперед:
— Хо-хо, хо-хо…
Очевидно, зверь был приручен, потому что после этих странных звуков медленно, вразвалку направился к людям. Они ловко набросили на его шею толстую цепь.
Принц и Акимару смотрели на все это с крайним изумлением, и тут один из жителей сделал знак, а остальные набросились и на принца, и на Акимару, повалили их на землю и связали руки. Все это произошло в один миг.
Аборигены загоготали, потянули цепь на шее животного и, подгоняя Акимару и принца палкой, побрели вниз по склону долины. Пленники не могли пошевелить связанными руками, поэтому постоянно спотыкались, перебираясь по грязи. Вокруг в кустах вились толстые оводы, которых они не в состоянии были отогнать.
Процессия спустилась в долину, перешла реку вброд по отмели, над которой свисали лозы, и, немного пройдя вдоль берега, направилась в чащу. По обеим сторонам дороги росли густые пальмы. Спустя недолгое время принц и Акимару увидели небольшое строение с соломенной крышей и высоким полом, рядом с ним в красной глине зияла яма. Около нее аборигены остановились, развязали им руки, столкнули в яму и ушли, злорадно смеясь. Это была тюрьма.
Принц облегченно вздохнул:
— Как нам не повезло! На нас напали, когда рядом не было ни Антэна, ни Энкаку. Но, может быть, они видели нас. Эх, и куда нас только занесло?
Акимару выглядела расстроенной:
— Ведь все это из-за меня. Мне так хотелось погладить неизвестное животное. И почему из-за меня остальным приходится несладко?