Наконец, после десяти дней, когда корабль уносило все дальше на юг, ветер стих, и сквозь облака проступило голубое небо. Впередсмотрящий на мачте закричал:
— Земля!
И в этот миг измученные путешественники будто ожили — все высыпали на палубу и увидели прямо по курсу остров, покрытый горами. Нет, то были не просто горы и не просто остров, а длинный, простирающийся вдоль берег, покрытый густыми зелеными деревьями, — невероятно огромная часть суши.
— Где это мы? Кажется, сильно южнее Цзяочжоу.
— Это точно не Цзяочжоу, а земля Сяньлинь в Жинани, которую с недавних времен называют Тямпа. Там живут юэйцы! Эх, вот куда нас занесло!..
— Тямпа… Это не там ли растет магнолия, которая упоминается в сутре Вималакирти? У нее такой сильный запах, что он приманивает птицу Гаруду. На санскрите его называют чампака.
— Ты, Энкаку, действительно хорошо знаешь священные книги. Наверное, в этих краях растут душистые золотые магнолии. Давайте посмотрим! Сколько же тут неизвестных тропических деревьев, как тесно они сплетены!.. Пора на землю.
Корабль, двигаясь в небольшой бухте, которая таилась среди мангровых зарослей, чуть не наскочил на рифы, но вскоре пристал к берегу. Когда и принц, и его спутники после долгого путешествия вдохнули запах плотно растущей зелени, все они почувствовали себя легче. Один за другим они сошли на берег. Дюгонь усердно шевелил плавниками, будто хотел пойти вместе с ними.
Среди густых растений пролегала тропинка, хранившая человеческие следы. Путники пошли по ней, продираясь сквозь папоротники и выступающие корни деревьев, пока не выбрались на небольшую полянку с сухой травой. И на ней расположились люди.
Четверо мужчин сидели кругом и, смеясь и разговаривая, что-то ели — вероятно, это были здешние юэйцы. Они отщипывали куски мяса и рыбы, при этом держа в руках керамические сосуды и время от времени вставляя соломинку в них, заостренный конец которой вставляли в ноздрю и втягивали так жидкость. Все вели себя одинаково. Принц, спрятавшийся в сухой траве, недоуменным шепотом произнес:
— Как странно. Энкаку, ты видел подобное?
— Такое вижу впервые, но мне рассказывали, что у юэйцев есть обычай пить через ноздри. Они собираются вместе, пускают по кругу чаши с водой или вином, и им это доставляет невыразимое удовольствие.
В это время принц случайно громко испортил воздух, и сидевшие с чашами люди обернулись, поднялись и, шумно произнося что-то на непонятном языке, направились в их сторону. Все не на шутку перепугались. Даже Антэн, который считал себя полиглотом, не знал местного наречия, поэтому не мог ничего сказать и стоял, остолбенев, вместе с Энкаку.
Однако мужчины, казалось, не видели ни принца, ни Антэна, ни корабельщиков. Они подозрительно смотрели только на самого молодого, Акимару. Вдруг один из них вышел вперед, схватил Акимару и побежал. Руки и ноги Акимару болтались, он отчаянно пытался вырваться, но против мужчины, который был примерно вдвое больше его, все это было бесполезным. Спутники Акимару не могли просто смотреть на его похищение, и Антэн бросился за ним вслед.
В юности Антэн имел буйный нрав и частенько участвовал в стычках, за которые его выгоняли из храма, да и силы ему было не занимать, поэтому он быстро догнал мужчину, несшего Акимару, и сбил его подсечкой. Мужчина пошатнулся и уронил Акимару на землю, но успел боднуть соперника головой в грудь, и Антэн упал на спину. Воспользовавшись заминкой, к Антэну сразу же подбежали товарищи, и струсившие мужчины скрылись. Никто не понимал, вернутся ли они или нет.
Всех произошедшее потрясло, и первым, кто подбежал к лежащему ничком на траве без сознания Акимару, оказался принц. Но тут он увидел то, что не должен был лицезреть. Одежда Акимару разорвалась от плеча до пояса, и из разреза виднелась небольшая, как у женщины, грудь.
Той ночью, когда все спутники принца легли спать в лесу, он, расположившись у костра вместе с Антэном и Энкаку, решил с ними посоветоваться.
— Да возможно ли такое, чтобы женщина путешествовала вместе с монахами? И поскольку мы узнали правду, то делать нечего — как ни жаль, с Акимару придется расстаться.
— Я с самого начала боялся, не доставит ли нам хлопот этот мальчишка. За Юньнанью на нашем пути в Индию лежат опасные и крутые горы. У женщины слабые ноги, и она туда ни за что не поднимется.