Никто ещё не предлагал мне что-то просто так, для меня, без расплаты.
— Хорошо. Есть платные лекции и несколько книг, которые мне нужно купить, — произношу я, переставая отказываться от возможностей.
Мне кажется, Владислава оскорбляют мои отказы. Хочется сделать ему приятно. Он одобрительно улыбается и кивает.
— Но это мелочи, Эва. Есть что-то посущественнее? — начинает он, но не договаривает, отвлекаясь на звонок телефона.
— Да, Фин, — отвечает он, продолжая скользить взглядом по моим ногам.
Я в домашнем платье чуть ниже колен. Мне хочется одёрнуть подол, но я заставляю себя этого не делать. Меньше всего хочется снова разочаровывать этого мужчину.
— В смысле? Мама? — брови Греховцева ползут вверх от удивления. — Почему она не предупредила о визите? — нервничает он, поднимаясь с кресла и подходя к окну. — Ну нет, конечно. Как я могу матери отказать в визите? — выдыхает он. — Проводите.
Сбрасывает звонок, прячет телефон в карман и продолжает смотреть в окно, за которым к главному входу подъезжает машина.
Встаю с дивана и тоже подхожу к окну. Машина останавливается, водитель спешит открыть пассажирскую дверь.
— Кто это? — интересуюсь я.
— Английская королева, — усмехается Влад.
— Кто? — переспрашиваю, глядя, как из машины выходит женщина в белом пальто и белой шляпе.
— Мама, — выдыхает Греховцев.
Точно английская королева. И дело не только в одежде - в осанке, породе, манерах.
— Тогда я поднимусь наверх, чтобы вам не мешать, — разворачиваюсь чтобы уйти, но Греховцев ловит меня за руку.
Замирает, рассматривая меня, словно что-то решает.
— Останься.
— Это неудобно. Я не хочу ставить тебя в неловкое положение. Чтобы не пришлось объяснять, кто я и зачем в твоём доме, — почему-то шепчу, словно его мать может услышать.
— Я представлю тебя так, как ты захочешь. Кем ты хочешь быть в моём доме?
У меня нет ответа. Я в растерянности.
— Не позволишь мне представить тебя моей женщиной? — качает головой, заведомо зная ответ.
— Нельзя обманывать маму, — грустно улыбаюсь.
Он по-прежнему держит меня за руку. Я не пытаюсь вырваться. Его сильная ладонь настойчивая и горячая.
— Тогда представлю просто гостьей. Подробностей не требуется. Она, в конце концов, не предупредила о визите. Должна быть готова к неожиданностям и к тому, что я не готов объясняться, — усмехается.
Мне хочется отказаться от встречи с его матерью. Во-первых, женщин представляют, только если на то есть основания. Во-вторых, после Маргариты Альбертовны у меня аллергия на чьих-либо мам. Но это снова будет отказ с моей стороны. Греховцев даёт мне многое, а я ему ничего.
Моего ответа уже не требуется, дверь в холле открывается, и Владислав тянет меня за руку навстречу своей матери.
Волнуюсь ли я? Нет. Это всё несерьёзно. Между нами с Владом нет отношений, о которых стоило бы заявлять родственникам. Я скорее растеряна и не понимаю, как себя вести. Смешанные чувства и ощущения.
— Добрый день, мама, — выдыхает Влад, когда мы выходим к женщине, стоящей на пороге.
Она не проходит дальше. Словно это не дом её сына. Я даже не могу определить её возраст. Женщина явно не молода, но ухоженность, причёска, одежда и ясный, строгий серый взгляд размывают возрастные признаки. И правда английская королева.
— Добрый день, Владислав, — кивает женщина, скользя по мне нечитаемым взглядом.
Кажется, её не смущает моё присутствие. И вопросов с порога она не задаёт.
Не впервые натыкается в этом доме на незнакомых женщин?
Женщина так и стоит на пороге, не сдвигаясь с места, словно чего-то ждёт.
Владислав отпускает мою руку, подходит к матери, забирает у неё сумочку, оставляя ее на тумбе, помогает снять пальто и вешает его в шкаф. Она ждала, когда ей помогут раздеться.
Английская королева, да? Мне хочется усмехнуться, но я сдерживаюсь.
— Ты не предупредила о визите, мам, — не очень довольно произносит Греховцев.
Это странно, чёрт побери. Я привыкла, что свекровь всегда вторгалась в нашу с Антоном жизнь без разрешения и наводила свои порядки, и Авдеев считал это нормальным.
— Да, Демьян сказал, что ты сегодня работаешь дома. Я была рядом и решила заехать выпить чаю. Ты не навестил меня, и я переживаю. Если помешала - прошу прощения, — она снова обращает на меня уже заинтересованный взгляд.
Она объясняет свой визит и даже извиняется. Поразительно.
— Извинения принимаются, — усмехается Греховцев, слегка закатывая глаза. — Хочу представить тебе Эву, — кивает на меня.
При разговоре с матерью его голос, тон и манеры меняются, словно он подстраивается под неё.
— Эва - гостья в моём доме. А это моя мать, Елизавета Александровна.