Но… если Урсула чувствовала, что что-то не так, она наверняка упомянула это Себастиану. Вот это было нехорошо. Себастиан знал про чёртову кошку. Если у него зародятся подозрения, он будет копать дальше.
Снова скрутило живот.
Нужно сохранять самообладание.
Это всё домыслы. То, что нашли тело Дженнифер, выбило его из колеи, и теперь он видит проблемы и катастрофы повсюду. Это понятно, но это не значит, что его опасения обоснованы. Даже если они верят, что это был другой убийца, от этого до подозрений в его адрес — огромный шаг. Хотя это было то же оружие, и мало кто знал, где скрывался Боткин… Нет! Не давать фантазии разыграться. Нужно вернуть контроль. Первый шаг — выяснить, только ли Урсула что-то затеяла, или Ванья тоже в курсе вопросов вокруг карлсхамнского отчёта. С кем он имеет дело?
Он бросил быстрый взгляд через стеклянную перегородку и увидел, что Ванья сосредоточенно работает. Вышел в кухоньку, наполнил две чашки кофе из кофемашины. И направился к её кабинету, постучал и вошёл с непринуждённой улыбкой.
«Помешал?»
«Нет, ни капли, — сказала она, потянувшись и устало потерев глаза. — Не понимаю, когда Торкель успевал делать всю эту бумажную работу, это занимает вечность».
«У него не было личной жизни», — сказал Билли и поставил одну чашку кофе перед ней на стол, после чего подошёл и опустился на один из диванов. Он прикинул, стоит ли начать с чего-нибудь дружеского, семейного, или перейти сразу к делу. Выбрал последнее.
«Я тут узнал, что Урсула попросила Кюллёнен проверить хронометраж последних убийств в Карлсхамне. Я что-то пропустил?»
Реакция Ваньи сказала ему всё, что нужно было знать. Он знал её так хорошо, знал, что она плохая актриса. Она могла бы, вероятно, изобразить непонимание достаточно убедительно, но вот так сыграть неподдельное удивление — на это она была неспособна.
«Нет, что она такое сделала?»
«Точно не знаю, Криста позвонила и сказала, что они проверили, как двое молодых людей перемещались между Юханссоном, Боткиным и Страусс».
Ванья смотрела на него с недоумением. Было совершенно очевидно, что она понятия не имела, о чём он говорит.
Значит, только Урсула. И, вероятно, Себастиан.
«Я её об этом не просила», — сказала она.
«Я просто подумал, может, есть что-то, с чем мне стоит разобраться».
Ванья посмотрела мимо него, через стеклянную перегородку в офисное пространство, где Урсула только что вернулась на своё место. Ванья встала и вышла, Билли последовал за ней и встал чуть позади.
«Ты просила Кюллёнен проверить хронометраж в Карлсхамне?» — спросила она прямо, подойдя к Урсуле.
«Да, та часть отчёта была немного слабой, я просто хотела перепроверить». — Это не звучало как ложь. Звучало так, будто она прочитала отчёт, нашла хронологию странной и запросила проверку. Именно как он и думал. Он испугался без причины.
«Такие вещи должны идти через меня. Будет полный бардак, если каждый станет заказывать свои маленькие расследования. О чём речь?»
«О том, могли ли Линде и Грёнваль успеть совершить два последних убийства, прежде чем появиться у Страусс».
«Но мы знаем, что да — оружие-то одно и то же».
«Я просто хотела убедиться наверняка…»
Вот! Что-то в голосе. В том, как она не договорила. Что-то другое, фальшивое. Урсула не просто нашла отчёт слабоватым. Она что-то подозревала — она всё-таки подозревала его. Спокойствие, которое он ощущал всего несколько секунд назад, сменилось неконтролируемой, бурлящей яростью.
Она и этот чёртов Себастиан могут разрушить его жизнь!
На мгновение у него буквально потемнело в глазах. Он чувствовал, как пульс стучит в висках. Когда он пришёл в себя, то увидел, что Урсула смотрит на него. Несколько коротких секунд их взгляды встретились, прежде чем он отвёл глаза, извинился и вернулся к своему столу.
Он выяснил то, что было нужно.
Ванья ничего не знает. Урсула его подозревает. Себастиан где-то на заднем плане.
Поле размечено.
===
Они не должны были встречаться, но Урсула позвонила около девяти и спросила, можно ли ей прийти. Он не имеет права отказать, сказала она. Это он и Торкель всё это начали, из-за них она не может расслабиться, не может быть одна. Она выглядела по-настоящему встревоженной и расстроенной, когда пришла и сняла пальто.
«Ты ела?» — спросил Себастиан, когда они вошли в квартиру.
«Я перехватила сэндвич и бокал вина».