— Нет, криминалисты сейчас на месте. Это займет время. Я пришлю отчет, когда будет готов.
Ванья задумалась. Она не хотела ждать. Если окажется, что это тот же преступник, важно, чтобы Выездная бригада была на месте.
Их место преступления. Их расследование.
Никто не должен сказать, что они не делали все возможное, где бы они ни были нужны. Она встала и направилась к выходу.
— Мы выезжаем немедленно. Пришлите адрес СМС-кой.
— Конечно. Я также пришлю то, что у меня есть на данный момент. Сможете прочитать по дороге.
Всю дорогу они ехали с мигалкой. Ванья была за рулем. Урсула сидела рядом и изучала скудные материалы, присланные Лёвгреном. Жертва — тридцатиоднолетний мужчина, родившийся и выросший в Карлсхамне. Автомеханик с собственной фирмой. За ним числилось пара банкротств, он был обвинен в мошенничестве с кассой и преступлениях, связанных с банкротством, но осужден не был. Застрелен в голову, когда выходил из дома на Лергёксгатан в Хюллие рано утром. Свидетелей не было, но несколько жителей района слышали выстрел или громкий хлопок. Никаких других наблюдений. Ни машин, уезжавших с места. Ни людей, спешивших прочь.
Ванья попросила Билли проверить Хаддада по быстро растущей базе данных, которую тот создал, — нет ли совпадений. Она также попросила включить в поиск Макке Роуэлла. Было в нем что-то, что не давало ей покоя. Убийца или жертва — так или иначе он был связан с этим делом.
— Ты знаешь, кто судмедэксперт? — прервала ее мысли Урсула. Она закончила изучать присланные материалы. Ванья покачала головой.
— Он не сказал, а я забыла спросить.
— Я хотела ему позвонить. Если это наш, я хочу, чтобы мы взяли дело как можно скорее.
— Для того ты и здесь, — сказала Ванья искренне.
— А ты зачем?
Ванья на мгновение оторвала взгляд от дороги и послала ей вопросительно-раздраженный взгляд.
— Ты едешь с Карлосом забрать какие-то папки, едешь допрашивать подругу Филипа, — продолжала Урсула. — Ты не можешь быть везде одновременно. Делегируй.
Ванья промолчала, только нажала на газ и обогнала вереницу машин. Урсула с беспокойством смотрела на нее. В последние дни она становилась все более напряженной и измотанной. Неудивительно. Это было ее боевое крещение в должности начальника, и Урсула знала, что ей тяжело далось освобождение супругов Шёгрен. Но решение потратить на них время было правильным. Их имя было единственным, что всплыло при перекрестной проверке баз данных, к тому же у них было оружие нужного калибра.
— Не принимай неудачи и трудности на свой счет. Ты получила эту должность, потому что хороша. Помни об этом. Но помни и о том, что за тобой стоит хорошая команда.
Ванья посмотрела на нее с такой благодарностью во взгляде, что ее почти можно было потрогать.
— Спасибо, ты не представляешь, как мне нужно было это услышать.
— Именно поэтому я это сказала.
Легкая улыбка пробилась сквозь напряженные черты лица.
— Я серьезно. Ты была отличным следователем и становишься отличным руководителем Выездной бригады. Если, конечно, не сгоришь по дороге и если рискнешь больше доверять нам.
— Я вам доверяю, дело не в этом, просто…
— Если хочешь быть уверенной, что что-то сделано как надо, сделай это сама.
— Моя жизненная философия.
Дальше ехали молча. Урсула узнала имя судмедэксперта, но дозвонилась только до автоответчика. Она оставила короткое сообщение о том, как важно, чтобы ей дали возможность осмотреть тело на месте. Реальность давала больше всего. При реконструкциях или когда другие пересказывали произошедшее, их восприятие и интерпретации могли увести ее по ложному следу. Никому не удавалось оставаться полностью объективным, а она предпочитала свой собственный взгляд.
Она снова посмотрела на Ванью. Та выглядела чуть менее напряженной. Сбавила скорость. Урсула раздумывала, стоит ли сказать еще что-нибудь. Она думала об этом вчера, когда слышала, как Ванья разговаривает с Амандой. О своих непростых отношениях с собственной дочерью Беллой.
— Я слышала, как ты вчера говорила с Амандой, — сказала она. Подняла тему, раз уж они были в середине откровенного разговора. Если не пойдет — можно больше не возвращаться к этому. — Она выросла.
— Да, правда?
— Может, тебе стоит съездить к ней в течение дня, сказать привет.
Ванья бросила на нее вопросительный взгляд — к чему она ведет?
— Зачем?
— Было слышно, как ты по ней скучаешь.
— Да, конечно, скучаю.
Было очевидно, что она по-прежнему не понимает, зачем они говорят о ее дочери.
— Когда я увидела тебя, я подумала о Белле и о том, как много меня не было рядом, и о том, что сейчас жалею об этом, — объяснила Урсула.