«Никто не рассказывает всё, — ответила Урсула и встала. — По крайней мере, не за один раз».
Они решили прогуляться по Юргордену. Она взяла его под руку, шла близко. Ему нравилось. Он был в целом доволен этим днём, доволен собой. Это было правильно — открыться Урсуле. Предстояло принять решение. Он, пожалуй, стал к нему на шаг ближе.
«Ничего, если я расскажу кое-что с работы?» — сказала она, выдернув его из раздумий.
«Да, конечно, а почему нет?»
«Я просто подумала, что ты… может, хочешь подумать о другом».
«Нет, чёрт возьми. Выкладывай».
«Сегодня к нам приходили двое коллег снизу, из отдела по особо тяжким. Они нашли тело Дженнифер. Хольмгрен, помнишь её?»
Он помнил. Но стоило ему услышать её имя, мысли тут же переключились на Билли.
«Та, что работала с нами в Емтланде», — сказала Урсула, которая, очевидно, истолковала его молчание как попытку порыться в памяти и вспомнить, о ком речь. «Её убили, сбросили в озеро».
«Чёрт, какой кошмар», — выдавил Себастиан, но в голове уже вихрем крутились Эдвард Хинде, Чарльз Седерквист, свадьба Билли и смутное воспоминание о том, что была неделя тем летом, когда Дженнифер исчезла, и Мю думала, что Билли работает, а Торкель думал, что он в отпуске с Мю.
«Мне нужно возвращаться, — прервала Урсула его мысли. — Увидимся вечером?»
«Нет, мне нужно кое-что сделать».
«Ладно», — сказала она и снова взяла его под руку. Она знала, что не стоит спрашивать, что именно. Если бы спросила, он всё равно соврал бы. Он ни за что не смог бы рассказать ей, что собирается провести остаток дня, выясняя, не является ли один из её ближайших коллег убийцей.
===
Он ходил по большой квартире.
Из комнаты в комнату. Размышлял. Он, конечно, любил оказываться правым, но в данном случае искренне надеялся, что ошибается. Может, оставить это? Звучало заманчиво. Пусть полицейское расследование идёт своим ходом, а он через Урсулу будет следить за результатами. Ограничиться этим? Вытеснить и забыть то, что он на самом деле, по его мнению, знал. Очень заманчиво.
Если Билли убил Дженнифер…
Себастиан знал об этом.
Знал о Хинде и Седерквисте, видел отсутствие естественной реакции у коллеги при обоих убийствах. Знал, что тот убил кошку в свою брачную ночь. Подозревал, что Билли оперирует крайне нездоровой связкой между властью, убийством и наслаждением. Он даже говорил ему, что животные не смогут вечно удовлетворять недавно возникшую потребность.
Но он не предпринял ничего. Лишь несколько раз поговорил с Билли об этом и позволил убедить себя, что всё под контролем, что он остановился и ничего подобного больше никогда не повторится. Кошка была внезапным порывом, экспериментом, который заставил его осознать, что он катится по чертовски скользкому склону. Настоящий тревожный звонок.
У него была Мю, жизнь, карьера.
Он не хотел и не мог рисковать всем этим.
Действительно ли Себастиан ему поверил, или он заставил себя поверить? Потому что так было проще? Потому что боялся, как отреагирует Ванья, если он добьётся расследования в отношении Билли, может быть, его перевода? Как бы она отреагировала, если бы узнала то, чего он боялся сейчас? Это не имело значения, убеждал он себя. Он не мог просто оставить это. Не сейчас. Не когда со дна озера достали тело бывшей коллеги.
Он заставил себя сесть в кресло в кабинете, достал блокнот. Поиграл с мыслью рассказать Урсуле — ему нужен был кто-то, с кем можно обсудить свои мысли. Но он не мог выдвигать столь чудовищные обвинения против одного из её ближайших коллег без надлежащей документации. То, что у него было, с трудом можно было назвать даже подозрением — скорее просто… ощущение. Ему нужно было больше. Что-то, что подтвердило бы хотя бы часть его теории. Что-то, показывающее, что он — увы — на верном пути. Что-то или кто-то. К Билли было бы трудно подобраться, но был один человек, который знал очень много о Дженнифер и её исчезновении.
Потребовалось несколько поисковых запросов в Google, но в итоге он нашёл номер телефона.
«Здравствуйте, меня зовут Себастиан Бергман, я работал вместе с вашей дочерью, когда она была в выездной бригаде, — представился он, когда Конни Хольмгрен ответил после нескольких гудков. — Я только что узнал, что случилось с Дженнифер, и хотел позвонить и выразить соболезнования».
«Спасибо».
«Мы очень рады, что нам довелось работать с Дженнифер, она была коллегой, которую легко полюбить».
«Она так гордилась, что ей доверили работать с тобой и остальными. Она собиралась позже подать заявку в ваш отдел», — сказал Конни. Он звучал собранно, но не сломленно.
«Она стала бы отличным пополнением». — Себастиан подождал несколько секунд, прежде чем сменить тему. «Как вы сейчас?»