Ян Кайзер утром и вечером выходил в сад, чтобы сделать довольно интенсивную зарядку. С Мирчей он не разговаривал. Об обитателях дома ему рассказал Курт.
— Ты, сынок, на Яна не обращай внимания. Он наслушался нашей пропаганды и почитает зазорным разговаривать с неарийцами. Он у нас образцовый нацист.
Разговор происходил в саду. Мирча уже понял, что дом прослушивается, и это известно всем его обитателям.
— Дылда Фриц глуп как пробка. Его держат за то, что он своим голосом вгоняет в транс любого. Ему поручают предварительные допросы, только узнать, видел свидетель наш объект или нет. Окончательную работу проводим или я, или Ян. К сотрудникам полиции и эсэсовцам допускают только Яна.
— А что делает Елена?
Курт поинтересовался, видел ли ее Мирча. Ковач признался, что видел только фотографию.
— На фотографии, конечно, Елена — некрасивая девка, тощая, тихая, с печалью в глазах. Когда она становится Лаурой, ты можешь ее не узнать. Какая женщина! Мужчины просто падают к ее ногам!
Курт опомнился и продолжил извиняющимся тоном:
— Елена способна определять, в каком месте раскинута ментальная защита. Та защита, под которой наш враг скрывается от Отто. А после, определив это место, она становится Лаурой. В самые первые разы мы еще не знали, что с ней делать. Был случай, — Курт смущенно опустил голову, — она в машине употребила, как самцов, нас всех. Тогда даже Ян с трудом вспомнил, что мы на задании. Но в тот раз мы опоздали, объект ушел. С тех пор, едва Елена становится Лаурой, кто-нибудь из нас приказывает ей сидеть неподвижно, — Потом, выполнив всю работу, отвозим ее домой. И господин Раунбах там снимает гипнотический приказ.
Отведя глаза в сторону, старый учитель пробормотал:
— У Елены будет ребенок от господина Раунбаха. Запомни, никто из нас этого вроде бы не знает.
Через два дня после описываемого разговора, когда сырой февральский ветер нес с залива мокрые хлопья снега, фон Шпугель подал сигнал тревоги. По звонку собрались в зале на первом этаже. Лысый Отто расстелил на столе карту. По его словам, астральный выброс был слабым и коротким. Недалеко случайно что-то совершил человек с природными неразвитыми способностями? Или за десятки километров проявил свою силу настоящий мастер? Определить это Отто не мог.
Гипнотизеры и Мирча сидели молча в креслах вдоль стен, Отто возле стола, а Фриц Раунбах примостился у низенького столика с телефонным аппаратом. Услышав звонок, он мгновенно снял трубку.
— Отто, это Гамбург. Пиши направление…
На карту легла вторая линия, тянущаяся от Гамбурга к юго-востоку. Ловец астральных волн гамбургской группы тоже зафиксировал выброс астральной энергии, что означало проявление действия настоящего астрального мастера.
Через несколько минут на связь вышел Мюнхен. Фриц Раунбах, не стесняясь присутствующих, орал в трубку.
— Принял я направление! Почему задержались с рапортом? Что?
Он положил трубку на рычаг и повернулся к Отто фон Шпугелю:
— Штроубе умер. Сердечный приступ. Мюнхен нам больше не поможет.
Лысый Отто скрестил на карте три линии и зачитал название ближайшего к месту их пересечения города. Название никому ничего не говорило. Отто пояснил, что ехать туда лучше всего от Кракова. Предполагаемое действие астрального мастера случилось на границе генерал-губернаторства и Словакии, в Татрах.
К телефону подошел доктор Шульц. Он вызывал машины, объяснял маршрут движения группы. Коротко взглянув на руководителя группы, он вопросительно произнес:
— Елена?
— Едет, — раздраженно ответил Раунбах, — Мирча тоже.
Выехали в двух мощных просторных машинах. Мирчу посадили вместе с бородатым Хендтадом и Куртом Франком. Шульц остался.
Бородатый гипнотизер устроился на переднем сиденье, и Ковач с Франком смогли болтать в свое удовольствие, опустив стекло, отделяющее передние сиденья от остального салона. Машина, плавно покачиваясь, неслась по ровной дороге.
— В рейхе дороги отличные, в Польше нам придется похуже. С первым выездом тебя, сынок! — папаша Курт радовался жизни, как ребенок. — Лучше безнадежное дело, чем надежное безделье, ха-ха!
Мирча засыпал старого учителя вопросами, на которые тот отвечал охотно. Раунбах всегда сажает на первые сиденья Яна и Фрица, которые способны мгновенно подчинить себе любого проверяющего документы офицера. Поэтому группа не нуждается в пропусках, форме, оружии. Впрочем, оружие есть у водителей, которые обязаны выполнять любые приказы Раунбаха.