Прощаясь, куратор медленно и с расстановкой произнес:
— Да, кстати. Если вы вдруг решите отказаться от дара боготворящих вас граждан… Добровольно или с чьей-то помощью… Даже не пробуйте. Не советую.
Конрад знал, что он прав, но все-таки спросил:
— Почему?
— Все равно не получится. Такой уж вы человек.
Станислав РОДИОНОВ
ОЗЕРО ГОЛУБЫХ УНИТАЗОВ
1
Прежде чем войти в здание РУВД, капитан Палладьев взял минутную паузу: устало облокотившись на усталый «жигуленок», разглядывал проходивших девушек. Делать это без всяких оперативных целей приятно. Было бы еще приятнее, опирайся он не на усталый «жигуленок», а на полную сил молодую иномарку.
Покудахтав, мобильник закукарекал. Кто-то из знакомых, потому что деловые звонки шли на кабинетный телефон или через дежурного.
— Слушаю, — заверил Палладьев.
— Товарищ капитан, участковый Грядкин беспокоит…
— Ну, беспокой дальше.
— Возникла ситуация… Тут вроде бы скончался бомж Петров. А тело стоит…
— Чье тело? — перебил капитан.
— Петрова.
— Он же скончался.
— Да, но тело принадлежит ему, гражданину Петрову. Вот и говорю, ситуация. Не поможете, товарищ капитан?
После школы милиции лейтенант Грядкин попал в уголовный розыск, но оказался слишком нерасторопным и перешел в участковые. Палладьеву льстило, что Грядкин считал его, капитана, матерым сыскарем и обращался за советом чуть ли не еженедельно.
— Грядкин, ты где?
— На той стороне озера.
— Сейчас подъеду, — решил капитан.
Участок достался Грядкину окраинный. Город наступал, поглощая леса, болота, деревни и поселки. Узкое озеро, километра четыре в длину, когда-то звалось Щучьим. Теперь в нем плавало все, что угодно, но только не щуки. На одну сторону скалистым уступом сдвинулись многоэтажки, на другом берегу кое-где торчали дачи-развалюхи, словно выброшенные озером после шторма…
Палладьев доехал минут за двадцать. Участковый стоял на обрывистом берегу в окружении мальчишек. Он был так рад приезду капитана, что докладывал сбивчиво. Палладьев сразу приступил к делу:
— Ну, где Петров и его тело?
Участковый показал вниз, под обрыв, где уцелевшие кусты ивняка почти тонули в воде:
— Видите, товарищ капитан?
— Нет, не вижу.
— Круглое, желтеет…
— Кастрюля?
— Нет, голова.
— Предполагаешь?
— Витька нырял, товарищ капитан.
Витька подтвердил солидным кивком. Палладьев задумался. Если голова, то почему желтая? Лысая. Если голова, то есть и тело? Петрова. Тогда надо вытаскивать. Как? Звать водолазов? Засмеют. Звать МЧС? Захохочут. Пригласить каких-нибудь мужиков? Они резонно спросят: а сам-то боишься? Оперативная работа полна непредусмотренных и неожиданных положений.
— Грядкин, что опер должен иметь при себе?
— Оружие, товарищ капитан.
— Еще?
— Наручники, средство связи…
— Так.
— Фонарик…
— Еще? — не унимался Палладьев. — Грядкин, и плавки. Раздевайся.
Капитан попросил у Витьки маску и тоже начал раздеваться…
Метра три глубины. Вода оказалась довольно-таки прозрачной и холодной — озеро подпитывалось ключами. Дно завалено бытовым мусором. Но главным препятствием оказались кусты, которые не давали шагу шагнуть и держали Петрова крепче спрута. Палладьев взялся за рукав его пиджака и рванул, забыв, что действует в водной среде…
Петров вздрогнул и пошел на капитана, который из-за той же водной среды отступить не успел. Вытаращенные глаза наплывали… Обрамленные пузырьками пены губы потянулись к губам капитана, которому показалось, что в холодной воде его прошиб горячий пот. А ведь трупов повидать довелось…
Палладьев отпихнул тело к участковому. Толкая его как плавучее бревно, они отбуксировали труп от обрыва и вытащили его на пологий берег. Мальчишки разбежались. Никого кругом? Скинув трусы, опера надели брюки на голое тело.
Костюм на Петрове был настолько перепачкан и мокр, что уже не понять, хорошо он одет или плохо. Но ничего не порвано, крови нет и никаких видимых повреждений. В кармане пиджака лишь набухшая пачка сигарет да надкушенный свежий огурец.
— Бомж, — еще раз подтвердил участковый.
Палладьев достал мобильник и вызвал «Скорую помощь», чем удивил Грядкина.
— Товарищ капитан, думаете, он живой?