— И очень метко, — подчеркнул Быстров.
— Вообще, они там здорово обустроились, с комфортом, видно, что надолго. Ничего не боятся!
— Ошибаетесь, Марина. Динозавр за свою шкуру очень опасается. В кабриолетах не разъезжает, жизнь ведет скромную. Выжидает, наверное, когда капитал составится — такой, чтобы никто тронуть не посмел. Вот тогда он развернется во всю олигархическую ширь! А может, и не нужны ему все эти забавы нуворишей — яхты, куршавели, поля для гольфа и яхты с виллами на Сардинии. Может, с него довольно власти над людьми и денег. Чтобы были! Чтобы было их много! И ради них он пойдет на все, на любую пакость, на убийство, ничто не зазорно.
— Алчность губит, власть развращает, — сказала девушка. — Абсолютная власть развращает абсолютно. Таких надо останавливать.
— Остановим. Можете не сомневаться.
— Только пока останавливаемся мы.
Стрелка датчика уровня топлива утомленно лежала в левом углу сектора. Рядом горела лампочка, сигнализируя, что бак джипа пуст. Горела лампочка давно, но Матвей все же надеялся дотянуть до Зеленограда. Зря надеялся. Ховрино проехал, а Химки не удалось.
Двигатель «Чероки» зачихал, сжигая пары горючего, и Быстров повернул руль. На бензозаправочную станцию он вкатил «на последнем издыхании», а когда затормозил у колонки, двигатель грустно вздохнул и затих.
— Никакого ухода за машиной, — проговорил он, покачав головой. — С таким запасом — и на дорогу? Бандиты и есть. Уроды.
Он был не прав, что подтвердил и осуждающий взгляд Марины. Ну, хорошо, бандиты. Но уроды-то с какой стати? Даже нравственные. Забыл заправиться, прохлопал ушами, не рассчитал, не учел. С каждым может случиться.
Просто спецагент был зол. Мало ему больших проблем, еще о мелочи спотыкаться!
— Здравствуйте. Вам чего и сколько?
Юноша в куртке фирменных цветов топливной компании старательно не замечал непрезентабельного вида сидящих в «Чероки». И пулевых пробоин. Его дело — бензин заливать, а целехонькие машины и насквозь простреленные потребляют его одинаково. Иногда простреленные даже больше, что выгодно.
Быстров сунул руку в карман на дверце, куда положил портмоне бандитов. На ощупь вытащил тот, что попухлее. Заглянул. Денег могло хватить на содержимое среднего размера бензовоза.
— Девяносто пятого, и по горлышко.
Расплатившись, они вернулись на шоссе, которое за это время стало еще более запруженным. «Ленинградка» всегда была проблемной дорогой, а за последние несколько лет, когда на отрезке между мостом через канал имени Москвы и поворотом на Шереметьево-2 понастроили кучу супер— и гипермаркетов, в час пик она стала вовсе непроезжей. Ну разве можно назвать ездой передвижение со скоростью в пять километров в час?
Через триста метров черепашьего шага Быстров свернул к «Макдоналдсу», которым любовался последние десять минут, чувствуя, как безжалостно голод обходится с его желудком. Терзает, подлюка!
А в «Макдоналдсе» можно купить что-нибудь мягкое, безопасное для зубов. И такая немаловажная деталь: для этого необязательно выходить из машины. А то своим рваньем он распугает половину посетителей! Но это так, шутка. Благосостояние канадского миллиардера, осуществляющего экспансию своих фаст-фудов в Россию, его не волновало. Но «светиться» им с Лисичкиной и тут ни к чему.
Сделав заказ у одного окошка и получив пакеты с заказанным у другого, Быстров втиснулся на «Ленинградку», попытался откусить кусок чизбургера и немедленно вымазался кетчупом. Дергаясь в пробке, сложно закусывать. Это ведь только говорится: «На ходу», — а вы сами попробуйте!
— Давайте остановимся, — предложила Лисичкина. — Пять минут ничего не решают.
И снова Матвей свернул направо — на подъездную дорогу к блочному зданию какого-то отраслевого института, давным-давно раздавшего львиную часть своих помещений в аренду.
Ему доводилось бывать здесь, и сравнительно недавно. Подвал института, превратив его в склад, снимала некая компания, занимавшаяся оптовой продажей фармацевтической продукции. И пусть бы занималась, но лекарства были поддельными — мел и вода, а доходы гигантскими, наносящими заметный ущерб экономике государства. Взять фирмачей за жабры долго не удавалось, поскольку те надежно обставились «черными» бухгалтерами и адвокатами. Пришлось органам подключить Быстрова с его нетрадиционными методами. В результате руководители компании ныне пребывают в «Матросской тишине» в ожидании суда, а фальшивый товар давно обратился в прах, сгорев на кострах Икшинской свалки.