Стас вышел из раненой «Нивы» и сделал первый шаг, проверяя крепость льда.
— Ты посиди пока, Ильич. Я к ним поближе подойду. Может, помощь кому нужна.
Он смог пройти не больше двадцати шагов. Дальше начались трещины, которые заливала вырвавшаяся из плена вода.
Да дальше и не надо было идти. Джип был совсем рядом. Не весь, а только верхняя часть крыши... Левые дверцы заклинила вставшая ребром льдинка, а с правой стороны над крышей появилась рыжая голова. Она не просила о помощи и кричала что-то монотонное на манер младенцев: «У-а-а-а!»
Стас не сразу понял, почему «Рыжий» не плывет от джипа к крепкому льду, где ему можно было бы помочь. И только когда черная крыша скрылась под водой, Стас сообразил, что рыжий вылез в окно, но зацепился ногой за ремень безопасности. Над водой оставалась только его голова, а он все дергался, пытаясь освободиться от пут, и уныло, на одной ноте, вопил.
Вероятно, в джипе оставался еще воздух, и погружение головы растянулось на минуту или две.
Стас хорошо видел, как вода дошла до подбородка, потом вой сменился бульканьем, и вскоре над поверхностью оставалась только рыжая кочка. Но и она скрылась... Все в этом мире имеет свой конец.
С такими философскими мыслями Стас возвратился к «Ниве». Гуркин сидел неподвижно и был бледен.
— Зацепило меня, Стас. В последний момент что-то в позвоночник бухнуло.
— Что?!
— Я поразмышлял и думаю, что это пуля. Но слабенькая. Багажник прошила, оба кресла и на излете до меня добралась.
— Так там синяк?
— Если бы... Ноги отнялись. Не чувствую я их... Давай осторожненько в Коломну, к известному тебе доктору Фрумкину... Но в любом случае мы с тобой весной переедем... в Киев, а потом в Вену. Там теперь наш дом...
Уже перед самой Коломной Стас спросил:
— Врагов ваших теперь можно не опасаться?
— Так нет у меня больше врагов. «Рыжий» был последним и самым ярким. Жаль, Стас, что ты его не видел.
— Видел я его... Минуты две или три.
Глава 2
Двое немолодых уже мужчин спорили, но как-то вяло. Сергей Павленко был уверен, что вскоре уломает своего друга, а Игорь Савенков тоже был уверен, что согласится, но ему очень хотелось покапризничать.
— Не понимаю, Игорь! Впервые у твоего детективного агентства будет клиент иностранец. Представь, твоя «Сова» начинает окучивать дальнее зарубежье.
— «Сова» не моя, а наша. Прикажи, и я поеду.
— Не могу я приказать. Я лишь соучредитель. А ты генеральный директор. Я даже уволить тебя не могу.
— А очень хочется?
— Так, Савенков, приехали... Давай с самого начала... Уважаемый, Игорь Михайлович. Я очень вас прошу полететь в Вену и выполнить работу для моего австрийского партнера по бизнесу. Мне это очень важно... Нижайше прошу.
— Клиент австрияк, а я немецкий знаю с грехом пополам.
— Игорек, это такой же австрияк, как я турок. Зовут его Илья Ильич Гуркин. Он всего пять лет как в Вене обосновался… Т ак летишь?
— Не полечу. Я самолетов боюсь. Никак не могу понять, как эти железные коробки летают... Как залезу в самолет, так у меня сразу мандраж начинается и сердцебиение излишнее.
— Хорошо, поедешь поездом. Сам тебе достану билеты в элитный вагон. С баром и сауной.
— А почему этот австрияк сам не может в Москву приехать? Не уважает?
— Уважает! Даже очень уважает, но не может. Инвалид он. Все время на коляске.
— Давно он так?
— Деталей не знаю, но как я понял, лет пять назад с ним что-то приключилось.
— Бандитская пуля?
— Возможно. Да нам какая разница. Тебе он платит хорошие деньги. Я с ним заключаю выгодный контракт. И все довольны... Так едешь?
— Один не поеду. Мне нужен будет Олег Крылов.
— Естественно! Я так Гуркину и сказал, что ты привлечешь лучших сыщиков «Совы». А «Сова», сказал я, это лучшее детективное агентство России.
— И, возможно, всего мира.
— Именно! Так я беру вам билеты? На завтра?
— На послезавтра... Умеешь ты уговаривать, Павленко. Потому и успешный бизнесмен.
Офис Гуркина находился в пригороде Вены, в так называемом Венском лесу.
Это название напомнило Савенкову Елисейские поля в Париже. В том смысле, что полей никаких нет, а название есть. Так и в Венском лесу — бюргерские дома есть, рестораны есть, горы, куцые рощи, замки с лужайками есть, а никакого леса нет.
Офис Гуркина занимал участок соток на тридцать и очень напоминал стандартный дом на Рублевке: красный кирпич, башенки под зелеными остроконечными крышами, верандочки, балкончики и множество всяких загогулин.