Кристина тараторила без умолку.
Роман потрогал марлевую сеточку на виске. Пуля, выпущенная снайпером, по касательной тронула кость. Что называется, поцеловала. В принципе, ничего особенного. Даже нельзя сказать, что повезло. Роман уже слышал о таких выходках. Хороший снайпер запросто такие штуки откалывает. Ну, будет теперь шрам. А так, чистая работа. Даже голова не болит.
Но вот Кристина, кажется, точно его доконает своей болтовней.
Они лежали, тесно прижавшись друг к другу, на широкой кровати в маленькой четырехзвездной гостинице «Де Меридиен», которую отыскали на окраине города. У Романа уже звенело в ушах от Кристинкиной трескотни. Он и любовью с нею заняться решил, чтобы заставить ее хоть на несколько минут замолчать. Томные стоны все же лучше слушать, чем эти скорострельные рассказы.
Кристина села. Она засунула свои длинные ноги под одеяло. Глаза у нее горели. Видимо, у нее было припасено еще много чего рассказать.
— Ну, как твоя голова? — спросила она.
Роман кивнул.
Все, что было нужно, он узнал от нее еще по дороге в отель. Теперь Роман раздумывал, как заставить девчонку заткнуться.
И не придумал ничего лучше, как просто отвернуться, но не стал этого делать. Всему, как говорится, есть границы. Придется ждать, пока фонтан не иссякнет.
Но Кристина, кажется, заметила его неразговорчивый настрой и снова принялась за ласки. Она оперлась ему острыми локотками на грудь и поцеловала.
— Ром, — нежно шепнула Кристина, — мне очень жаль, что так вышло с твоей... Извини. Не помню имени.
Роман нахмурился:
— Виктория.
Сейчас, после короткого, машинального соития, Роман не мог смотреть на Кристину как на женщину. А вот она, кажется, думала, что настал самый подходящий момент подлить масла в горнило страсти.
Кристина заерзала на нем, как на русалка на отмели.
Роман стиснул зубы.
«Ну как они не понимают мужской психологии? Разговоры, сюси-муси — это до того, как мужчина кончил, а потом тишина и полный покой. И ведь у всех одно и то же. Учебник, что ли, написать на эту тему. Учебник не поможет. Это в генах. Все женщины одинаковы. Хотя нет. Алена не такая...»
Роман смотрел на Кристину и видел лицо жесткой, расчетливой суки, возвышающееся над хорошо сложенным, тренированным телом. И ничего больше.
Кристина раздражала его.
Девушка тонкой теплой рукой гладила Роману плечо и продолжала, продолжала говорить:
— Дальше, я поблагодарила ребят из ФБР за то, что до Франции подбросили, и мы разбежались. Они и не скрывали, что рядом будут. Наверное, и сейчас следят. Но возможно, если ты, конечно, не стучишь, в чем я сомневаюсь, возможно, они для своих обыграли твою смерть. Так и сказали, типа... Ну, там, постарайся правильно использовать и все такое. А один тебя хорошо знает. Имя так я и не выяснила, но описать хорошо могу. Слушай...
— Слушай, — резко прервал ее Роман, — осталась бы ты лучше с ними. Честное слово.
Кристина удивленно посмотрела на него. Настала ее очередь нахмуриться.
— Знаешь, милый, — Кристина говорила с нарастающей злобой, — у меня было столько искушений за последние несколько дней. Самой тошно. Тошно от вас от всех. И от этих подонков. А больше всех тошно от тебя. Они все подонки. Но ты худший из всех! Понял?!
— Спасибо за откровенность, — пробормотал Роман.
— А что? Не подонок разве? У тебя невесту убили. А ты уже со мной в постели развлекаешься. Подонок.
Роман задышал глубоко и ровно.
«Вот сучка. Знает, где больное место».
Внезапно он рассердился, спрыгнул с кровати, натянул брюки, полученные у Марты, схватил рубашку, в которую было завернуто все остальное, и быстро вышел, оставив дверь открытой.
— Оба-на, — тихо произнесла Кристина и улыбнулась.
Роман был потрясен. Ничего подобного он от себя не ожидал. Ну, если так хотелось, чтобы она замолкла, взял бы занялся еще разок сексом с нею. Это же Кристина. Или сделал бы ей массаж. Сослался бы на головную боль. Вон и причина есть.