— С чего ты взял?
— Все похищенные фигуры дамского пола.
— Капитан, они же каменные!
— Извращения достигли небывалого разнообразия.
— Ты про «Камасутру»?
— Это для детского сада, товарищ майор.
Начальник всматривался в лицо подчиненного — шутит? За годы службы в уголовном розыске всяческих извращений майор повидал. И не только сексуальных: были извращенцы грабители, мошенники, хулиганы... На днях в отдел доставили парня с девушкой — гуляли по улице голыми. И в милиции они сильно удивлялись, что дежурный не понимает сути демократии, как, впрочем, и сам майор сейчас не понимал столь изысканного вида извращений.
— Игорь, а какие извращения не для детского сада?
— Сейчас в моде парасекс: лингвальный, мануальный, фроттаж, петтинг...
И осекся. Майор разглядывал его удивленно и брезгливо. Капитан постарался тему закрыть:
— Вообще-то, товарищ майор, сколько частей тела, столько и сексов.
— А со статуей?
— Понимаю, шутите, — пробурчал капитан, сожалея, что пошел на этот разговор. А Леденцов тут же подтвердил вывод капитана:
— Теперь я знаю, чем заняты опера в свободное время.
Специалистом зовется тот, кто в чем-то хорошо разбирается. А как назвать человека, который обязан разбираться во всем? Опером... Марки автомобилей и названия улиц города, клички воров и проституток, места, где куплен костюм с трупа, лучшие сорта пива, да и водки; отличить капли краски от капель крови; чем отличается одно пулевое отверстие от другого... И главное, оперу надо знать подноготную жизни людей, в том числе и способы секса.
— Капитан, у меня тоже есть версия. Не пойти ли тебе в экскурсоводы Верхнего парка?
— Борис Тимофеевич, я в искусстве не волоку.
— Слышал про дело врача?
— Да, мошенник купил диплом, и лечил.
— А знаешь, какой диплом?
— Видимо, терапевта?
— Нет, гинеколога.
Капитан непонятливо молчал: поддельный диплом купить можно, но как работать? Как увеличить рождаемость?
— Капитан, мне знаком директор паркового хозяйства. Завтра и приступай.
— Борис Тимофеевич, но...
— Игорь, опер должен знать все. Разобрался же ты в способах секса... Неужели искусство сложнее?
2
Рябинин отдежурил по городу. Сдав материалы прокурору-криминалисту, он вышел на улицу и приостановился. Знал ее, эту улицу, вдоль и поперек, а не узнавал. Ночью он выезжал на место убийства, потом на дикую драку, затем в морг... Мрачные, но, как ни парадоксально, тихие места. На улице же все двигалось: автомобили, троллейбусы, люди — и все живые. Ребята с бутылками пива, девицы с голыми пупками... Смех и хохоток, переходящие в беззлобную матерщину... И Рябинин, ярый противник нецензурщины, подумал, что пусть лучше матерятся, чем покоятся на лежаках в прозекторской.
Пока говорил с прокурором-криминалистом да писал рапорт, стукнул полдень. Идти домой, но там никого нет... Ночь не спал, но сейчас ложиться ни к чему. Есть-пить не хотелось, но чего-то все-таки хотелось: вдохнуть свежего воздуха, загородного.
Рябинин сел в автобус и поехал в Верхний парк, к которому примыкала недавно открытая выставка...
«Скульптура в пленэре» — обширная площадь болотистых неудобий — преобразилась волшебно. Трава, валуны, цветы, пни, и среди них — точнее, в них — стояли фигуры органично, будто здесь жили всегда. Мраморные лани, торсы, барашки, Евы...
Рябинина привлек бронзовый метровый крепыш, у которого с головы как бы слетали не то осенние красные листья, не то языки пламени — «Ярило», то есть солнце.
Рябинин брел по тропинкам, забыв, что пришел не на «Яри-лу» любоваться, а дышать. Но вздохнуть поглубже не успел, поскольку услышал знакомый голос:
— Господа, из травы выглядывает мраморная Психея...
— А на вид нормальная, — заметил старческий голос.
Рябинин выглянул и все понял: экскурсия. Не понял другого: почему экскурсию водит старший оперуполномоченный уголовного розыска капитан Палладьев. Рябинин пригнулся и пристроился в хвост группы, которая начала перемещаться.
— Господа, перед вами Венера безрукая...
Какой-то мальчишка хихикнул. Капитан придавил его взглядом и подвел народ к другой скульптуре, похожей на первую, но с руками.
— Господа, перед вами Венера с руками...
Экскурсия вступила в ту часть выставки, которая примыкала к парку.
— Господа, вдали виднеется дворец «Палас»...