— Чего это они? — спросил он у Катерины.
Та небрежно махнула рукой:
— Конкурентки. Любую подлость готовы сделать. Рынок. Чего ты хочешь?
У дороги стояла новенькая «Шкода». В нее и пригласила сесть Федора Катерина.
— Ты куришь? — спросила она его.
— Нет! Я бодибилдингом увлекаюсь. Культуризмом, по-нашему. Со штангой в двести килограммов могу десять раз присесть.
— Вот и отлично. У нас во дворе физкультурный комплекс и спортзал в школе напротив. Пятьсот рублей месячный абонемент. Я тебе покажу.
— Меня цена вот... — снова начал Федор.
Катерина его перебила:
— Я же сказала тебе, насчет цены договоримся. Где твои вещи?
— На вокзале.
Федор чувствовал, что его взяли в жесткий оборот, но причину уразуметь не мог. Через час, покружив по городу, они были на месте. Старая блочная пятиэтажка, ухоженный двор. Цветники. В углу двора турник, брусья, лесенки. Пешком поднялись на третий этаж. Катерина открыла ключом дверь и пропустила вперед Федора.
— Ну, что я тебе говорила? Операционная, а не квартира.
Федор видел в тысячу раз лучше евроремонт, но здесь все сияло чистотой и белизной. Вылизана была квартира.
— Только для элитных клиентов! — похвалилась Катерина.
Квартира Федору понравилась. Не разуваясь, он заглянул в комнату. Горка с посудой, журнальный столик, большая арабская кровать и переносной телевизор.
— Ты переодевайся, а я сейчас! — сказала ему Катерина и прошла на кухню.
Федор пожалел, что надел свой единственный, парадный, костюм сразу в поезде. Зачем? Он прошел в комнату и расстегнул молнию на чемодане. Достал хлопчатобумажные брюки. Когда он бережно положил костюм на кровать и остался в одних плавках, в комнату заглянула Катерина с вешалкой в руках и прозрачным мешком-целлофаном. Федор засмущался.
— Переодевайся, переодевайся! На меня внимания не обращай. Я тебе помогу!
Она легонько отстранила его, повесила сначала брюки, а потом и пиджак на вешалку и натянула сверху прозрачный целлофановый мешок. В это время он быстро застегивал брюки. Надел сорочку.
— Можешь босиком ходить! — сказала она и, сделав вид, что провела пальцем по полу, облизала его. — Гигиена прежде всего. Видишь, какая чистота?
— Вижу!
— Ну, пошли на кухню, поговорим.
Федор все-таки надел чистые белые носки, но обуваться не стал. На кухне на скорую руку был сервирован стол. Бутылка коньяка, дольками порезанный лимон, пара бутербродов с ветчиной и пара с сыром. Два емких бокала.
— Открывай! — сказала Катерина.
— Я не пью крепкие напитки, разве бокал вина!
Катерина убрала коньяк в холодильник и достала бутылку красного вина. Сменила и коньячные бокалы на фужеры с длинной ножкой. Подала штопор. Федор осторожно вытащил пробку, протер бумажной салфеткой горлышко бутылки, плеснул немного вина в свой фужер, попробовал на вкус и лишь после этого предложил налить Катерине.
— Неплохое вино.
Затем наполнил свой бокал на треть.
Катерина внимательно наблюдала за его манипуляциями.
— Мои условия такие, — сказала она, — сдам я тебе хату за полцены, за пятьсот баксов, если ты покажешь мне весь комплекс упражнений по культуризму. И скину оставшиеся пятьсот, если ты сюда баб водить не будешь. Считай, бесплатно месяц поживешь, если со мной в день часок позанимаешься.
— Два часа как минимум в день надо, — сказал Федор, — чтобы появились результаты. Или по шесть часов через день. А где мы будем заниматься?
— Давай здесь, и сейчас начнем, — предложила Катерина, — а там видно будет. Так ты согласен?
— Что «согласен»?
— Женщин не водить?
Федор засмущался и покраснел.
— За бесплатно я вас чему хочешь научу. Не только бодибилдингу. Конечно, согласен. Мне раздеться показать, что я умею? Где какую мышцу как тренировать?
— Иди раздевайся. Я сейчас посуду уберу.
Он разделся, а она вошла одетой. Федор знал обаяние своего молодого тела. В те полгода, что он провел с бригадой на стройке, шесть часов отдавалось собственному телу. Штанга, гири, гантели, эспандер, скакалка, прыжки и целый комплекс различных упражнений. Через полгода его можно было фотографировать на обложку спортивного журнала. Хозяйка строящегося особняка именно тогда зачастила.
«Может, и эта клюнет, — подумал Федор. — А чего, аппетитная бабенка». Аппетитную хозяйку он час уговаривал не стыдиться, раздеться. Уговорил. Разделась. Федор пошел на приступ крепости и взял ее. И в это время ловко расставленная ловушка захлопнулась.
Когда удовлетворенная хозяйка встала с кровати, то строго заявила: