Купец предложил ему сесть.
— Не гоношись, Федя! Дамы этого не любят. Как ты представляешь завтрашнее посещение? Придешь в гости с дамой и предложишь ей в подарок то колье, что висит на свинье? И что она тебе после этого ответит? Хочешь показать ей, от чего ради нее отказываешься? У тебя с головой как? Привык за счет баб жить и тут хочешь на халяву в рай въехать?
— Что-то я тебя не пойму, Купец! — угрюмо сказал Федор. Зацепил его старик за больное место, наступил на больную мозоль.
— А тут и понимать нечего. Требуют от тебя наши дамы определенного ответа.
— Какие дамы?
Купец с презрением смотрел на Федора.
— Те, которых ты отлично знаешь! Оленька и Виктория.
Оленька сегодня хочет знать, как ты поступишь. А Виктория завтра никуда с тобой не пойдет.
Старик наслаждался произведенным впечатлением. Он еще раз пригласил Федора задержаться, а когда Федор сел, сказал:
— У тебя, Федя, я смотрю, и вопросов нет ко мне, а я бы кучу их задал. Ну, хотя бы первый: откуда я знаю твоих клиенток — Оленьку и Викторию.
Федор вновь перешел на вежливую форму обращения:
— Ну и откуда вы их знаете?
— А они, мой дорогой, одна — хозяйка сыскного агентства, а вторая — риелторской компании. Когда у меня туго стало с деньгами и сбег директор банка, где мои денежки лежали, я обратился в сыскное агентство, а заодно и в риелторскую компанию, чтобы они мне подобрали жилье поменьше и нашли беглеца. Обе дамы тогда и прискакали. Одна — Оленька — быстро с тобой снюхалась и все обзывала тебя скотом. Рассказывала за столом, какой ты супермен.
— Так и называла, скотом? — хмурясь, спросил Федор.
— Животное начало в тебе как в человеке превалирует над всем остальным, — утверждала она. А вторая — Виктория — с ней не соглашалась, упирала на то, что человек — духовное существо и его поведение зависит от той среды, в которой он вращается, но даже и тогда гомо сапиенс может стать выше обстоятельств, выпрыгнуть из штанов. Оленька, мол, видит только самца в мужике, а она, Виктория, прежде всего его душу. Короче, поспорили они жестоко, и Оленька, предложила пари Виктории. Дала тебе пару дней отдыха от собственной персоны, а ты, кобелино, сразу и вышел на охоту, не подозревая, что тебя обложили как зверя. В кафе на набережной Виктория расставила сеть.
— Вау-у! — волком взвыл Федор.
На него жалко было смотреть. А Купец, наслаждаясь произведенным впечатлением, продолжал рассказывать:
— Никто и предположить не мог, что вы на неделю пропадете. Ольга кровно обиделась на Викторию и, пока вы пили любовный нектар, предложила мне сыграть с тобой злую шутку, решила доказать подруге, что ты дешевый жиголо. Она придумала эту Аглаиду Зауральскую.
— А как же газеты? Ты же, Купец, мне вырезки, обведенные ручкой, показывал! — с возмущением воскликнул Федор.
Старик довольно улыбался:
— Что, их долго на компьютере набрать? Ия трудилась не покладая рук.
— А Аглаиду где вы взяли?
— На рынке чебуреками торговала.
— Вау-у!
— В общем, бабы, которые тебя не поделили, вразнос пошли. Одна в любовь ударилась, а вторая тщилась доказать, что она ничуть не хуже первой. Ольга сама и художника Владилена Треску нашла, и место ему сняла на выставке. И даже квартиру свою предоставила.
— Не верю!
Купец подозвал дога.
— Хасюмото! Чья это была квартира, ну-ка вспомни? Кто тебе ее на время сдал? А вот наш гость, Федор, видно, был в таком мандраже, что не узнал тебя, хотя ты лез к нему целоваться. А какого дружка ты в Москве себе приобрел! Карасаву.
— Вау-у! — зарычал на этот раз Федор. — А дальше?
Купец откровенно смеялся:
— А дальше тебе сразу обе дамы знак подали, что это розыгрыш. Помнишь, в магазине, когда покупали тебе костюмы, что тебе сказала продавщица? «Как там «Альфа-Ромео»? Взял из ремонта? Нехорошо, Феденька! Не здороваешься, старых знакомых не узнаешь». Ты мог бы скумекать тогда, что дело нечисто. Что тебя разыгрывают. А потом мы пошли в клуб «Моцарелла», там тебе была подготовлена незабываемая встреча. Не знаю, почему вас с Ией не пропустили. Кто-то постоянно палки в колеса вставлял. Ольга очень расстроилась.
— Так, значит, бриллианты фальшивые были?
— Чешская бижутерия! — согласно кивнул Купец.
Федор немного пришел в себя. Внешне успокоившись, Купец продолжал рассказывать:
— В клубе «Моцарелла» тебя поджидали Ольга и Виктория. Кое для кого сюрпризом большим был бы твой приход туда с Ией. Почему тебя в клуб не пропустили, я не знаю. Считай, тебе крупно повезло в тот раз. Этим ты развязку оттянул.
— Ну, я пошел! — Федор резко встал.