Запасный выход – побег не от себя или от мира, а наоборот – в себя и в мир. Кочергин предлагает читателю обернуться на свою жизнь, удивиться глазам северных оленей или весеннему пению птиц, начать что-то делать, подумать не только о своих проблемах, но и о бедах близких, об умирающих китах. Мудрое спокойствие героя, честное умение видеть мир и им восхищаться, загораться идеей, очень современный, антипатриархальный взгляд на женщину – веришь поневоле, что это и есть сам автор, и хочется с ним познакомиться, от него зарядиться этой мудро-спокойно-восторженной энергией. Кочергин анализирует себя, возвращается к фрагментам своего же текста, проживает их и превращает в воспоминания, как будто передавая читателю. Кажется, что это уже твое – бурные скачки по горам, рассказы у костра и радость от постройки собственного дома. «Запасный выход» – летопись, прожитая откровенно и лично, без обобщения, и лет через тридцать будет важно прочитать эту книгу, чтобы понять, что такое были 2020-е годы. Поразительно, что все это исходит из простого рассказа о себе. «На моем месте мог бы оказаться любой, захотевший построить свой дом. Или решивший прожить всю жизнь с любимой женщиной. Возможно, занимающийся любимым делом. Попробовавший взять на доживание чужую лошадь», – пишет Кочергин. Финала у повести никакого нет: он и не нужен, ведь кочергинский герой нашего времени живет и продолжает жить. Но, в отличие от «Ветра Трои», есть надежда, она чувствуется – и не только в большом успокаивающем животном, которое дает вторую жизнь автору, но и в самой этой книге, которая ощущается веселой слоновьей походкой, золотистыми глазами северных оленей и теплым боком коня.
Татьяна Соловьева
Литературный критик. Родилась в Москве, окончила Московский педагогический государственный университет. Автор ряда публикаций в толстых литературных журналах о современной российской и зарубежной прозе. Руководила PR-отделом издательства «Вагриус», работала бренд-менеджером «Редакции Елены Шубиной». Главный редактор издательства «Альпина. Проза».
Забвение, незнание, проклятие: книжные новинки января
Лейла Александер-Гарретт, автор книги «Андрей Тарковский: собиратель снов» и переводчица режиссера во время работы над «Жертвоприношением», написала книгу о другом мастере – на этот раз театральном. Эта книга основана на дневниковых записях автора, которая была переводчицей и ассистентом Юрия Любимова во время его работы над спектаклями, в частности над постановкой «Мастера и Маргариты» в Королевском драматическом театре («Драматен») в Стокгольме в 1988 году.
«Титан русской сцены» предстает перед читателем как гениальный, но эксцентричный и требовательный режиссер с богатым жизненным опытом, склонный к скандалам и провокациям. Лейла Александер-Гарретт регулярно оказывается между молотом и наковальней – между весьма необычными идеями режиссера и недовольством актеров или администрации. Но безусловная преданность искусству искупает если не все, то почти все. Эта книга – калейдоскоп эмоций и сцен: встречи с Ингмаром Бергманом, предупреждения Лейле от Андрея Тарковского, конфликт в Ковент-Гардене… Любимов не признавал систему Станиславского, предпочитая интуицию, импровизацию, физическую активность и «хулиганство» на сцене. Он постоянно менял мизансцены, добиваясь от актеров полной отдачи. Отдельные главы посвящены работе режиссера с текстом. Он подробно объяснял символику романа Булгакова: маятник как символ времени, занавес как метафора судьбы. Он видел в романе отражение судьбы самого Булгакова, проводил параллели между персонажами и реальными людьми, объяснял актерам не просто каждую сцену – каждые жест и реплику.
Премьера спектакля «Мастер и Маргарита» успешно состоялась 17 декабря 1988 года в «Драматене» и получила восторженные отзывы публики и критиков. Эта книга – личная история Лейлы Александер-Гарретт, не только путь Любимова к постановке, но и путь принятия ею его сложной противоречивой натуры.
«Любимов иллюстрирует каждый новый эпизод пьесы, растолковывает подтексты каждой новой реплики. К примеру, Коровьев – хулиганистый приближенный Воланда – после икоты двух московских литераторов будет обливать Берлиоза и публику, сидящую в первых рядах, водой из детской резиновой клизмы. “Он – озорник, ему скучно, он так развлекается”. У меня промелькнула мысль, что и наш режиссер такой же проказник, не терпящий скуки.