– Ну. – Продавец по-отечески свел брови.
Она ринулась к выходу.
– Стой, – сказал продавец. – Нельзя, лед кидают.
Через стеклянную дверь она увидела, как снаружи на землю летят снежные глыбы. Она смотрела, как они разрываются на земле, слышала, как бьют в стекло мелкие злые осколки, и плакала навзрыд. Через несколько минут из-за прилавка послышалось тихое:
– Теперь можно.
Когда она подходила к дому, телефон зажужжал в кармане.
– Вера, привет! – Анжела звучала пьяно. – Нам тут счет не закрыть. – Последнее слово она крикнула.
– Что? – Вера не сразу поняла, что Анжела имеет в виду.
– Тут куаркодом можно, нормально будет, если я тебе пришлю, а ты закинешь? – На заднем фоне гремела музыка.
– А. Да, давай. – Вера стала открывать мессенджер. Пальцы не слушались.
– Ты там с этим рассказом… – глухо звучало из трубки.
– Оплатила, – сказала Вера в трубку, не поднося ее к уху, и нажала на «Отбой».
Тут же увидела на экране сообщение «Отказ в проведении операции» от банка.
Анжела звонила снова.
– Не проходит, – кричала она. – Что нам делать?
– А у тебя нет? Я бы потом закинула, – спросила Вера.
– Не получается. – Анжела явно ее не слышала.
Вера чертыхнулась.
– Ну что мне, ехать назад? – спросила она.
– Мы договоримся сейчас, может, получится позже… Прости, пожалуйста. – Анжела перешла на шепот.
– Ладно, могу приехать.
– Хорошо, сейчас Витька вроде твою визитку им дает. Нам тебя дождаться? Мы в «Хоровод» собирались, мой муж приедет. Там писатели где-то в «Базине» бухают.
– Не надо, – отрезала Вера.
Когда такси несло ее через темный город обратно к бистро, телефон снова запиликал. Это был Борис Забелин. «Хотел вернуться к нашему обсуждению. Случайно встретил на улице Некрасова ваших коллег». Витю, оказывается, все-таки знают в лицо. Вскоре она вышла из такси, зашла в бистро и оплатила счет. После ее ухода они выпили только еще по напитку. И кто-то съел сладкое. Самого дорогого вина или всех блюд из меню там не было. Пока менеджер возился с чеком, она глядела на круглый стол под розовым абажуром. Оттуда убирали посуду.
– Откроете новый счет? И бокал кавы.
Ей было уже плевать, если бы ребята, переходящие между барами на Некрасова, увидели бы ее, пьющую в одиночестве, за окном. Она открыла сообщение Бориса Забелина и ответила. «Давайте обсудим. Я вернулась за ноутбуком, сижу тут же, в бистро». Сейчас она продаст ему три или пять спонсорских пакетов и будет делать «Сологуб» в свое удовольствие весь следующий год. Может, замутит сборник. Может, пошлет в жопу свою же редакционную политику… Через полчаса в бистро вошел высокий молодой мужчина в огромном пуховике. Вера почему-то думала, что Забелин будет либо пожилым дядькой, либо клерком в пальто и кожаных перчатках. Он разделся, подошел к столу и представился.
– Ничего себе вы, – сказал он таким тоном, будто они были давно знакомы. – Быка за рога. Личная встреча в наш век удаленки.
– Что делать, если перед праздниками весь город гудит на Некрасова. Почему бы сразу не пообщаться. – Вера говорила бегло, она с легкостью вошла в деловую роль.
Трудно ей было в литературной жизни – все эти экивоки, полутона. Бизнес-мир был, в сравнении с литературным, игрой в кэпсы в противовес преферансу. Вера говорила, ослепительно улыбалась, открывала ноутбук так, словно это не она час назад ревела из-за слов Вити и хотела выйти под ледопад. Борис Забелин поддержал ее с кавой, заказал сразу бутылку. Она попросила его показать текст. Там было десять тысяч знаков, и когда Вера открыла файл, Борис отправился на улицу, курить. Вера попросила льда, официант долил ей вина, и она начала чтение. И увидела вовсе неплохую историю. Сюжетный, аскетичный, довольно остроумный рассказ, который, на вкус Веры, имел бы неплохие шансы на общих условиях в опен-колле. Возможно, не шорт-лист, но лонг – вполне. Зачем ему давать мне деньги, думала она. Сказать, чтобы отправлял текст куда угодно просто так, и его скоро куда-то примут? А не примут этот, так примут следующий? Борис вернулся с перекура. Его щеки покраснели от мороза, он неловко потер брови.
– Знали бы вы, как мне страшно! – по-детски воскликнул он.
– Почему вы просто не отправили его нам в опен-колл? – спросила Вера.
– А что?
– Зачем вы пришли… Вот так? – Вера слегка наклонила голову.
– Да не мучайте уже, Вера!
– Неплохой рассказ. Мы опубликуем. И опубликовали бы, вероятно, на общих условиях.
Борис совершил жест школьника, забившего трехочковый на физкультурном матче: