Я не упоминаю о той маленькой угрозе, которую высказал Сорен, потому что всегда предельно внимательна, когда дело касается Оливера, но не стану врать — это меня немного встряхнуло.
Наш брак закончился за несколько лет до развода. Мы знали, что ничего не получится, но пытались сохранить семью ради Оливера. Делать то, что лучше для сына — это единственное, в чем мы всегда будем солидарны.
Мы меняем тему, он рассказывает мне, как прошел день Оливера, и говорит, что ему пора. Я стою на крыльце, глядя, как он уезжает, и только через пару минут возвращаюсь в дом.
Я одна уже два года и пока не готова к новым отношениям. Отчасти мне страшно, потому что я не хочу приводить в дом к сыну чужих мужчин. У него уже есть отличный отец, так что мне не нужно, чтобы кто-то занимал это место без необходимости.
Вернувшись на кухню, я вижу, что Оливер уже убирает после ужина. Он — идеальная смесь нас с Ноа. У него глаза отца, но мои почти черные волосы. И еще у него такая улыбка, от которой у меня каждый раз теплеет на душе. Если у меня выдался плохой день, достаточно вспомнить его сияющее лицо улыбку, и мне сразу становится легче.
Я подхожу и обнимаю его за хрупкие плечи. Кажется, он становится больше с каждым днем. До сих пор не могу поверить, что воспитываю маленького мужчину — и он будет замечательным. У него отличные манеры, он хорошо учится. Даже не представляла, насколько я везучая, пока он не родился.
Оливер привык к семье Ноа, а вот с моей он знаком гораздо меньше. Мы стараемся выбираться к моим хотя бы раз в год, но уже больше года к ним не ездили — я завалена работой, да и живут они на другом конце страны и терпеть не могут летать.
Родня Ноа балует Оливера, потому что он их единственный внук. Ноа — старший из детей, и у него первого появился ребенок. К тому же он любимчик в семье. Я не удивлюсь, если они оставят Оливеру все наследство. В их глазах он не может совершить ничего плохого, и в глубине души мне это нравится. Нравится, что у него есть связь с людьми, которые всегда прикроют ему спину. У многих в этом мире нет такой роскоши.
— Я скучала по тебе сегодня, малыш. — Прижимаю его к себе чуть крепче.
— Я тоже скучал, — говорит он, обнимая меня так сильно, как только позволяют его маленькие ручки.
— Как дела в школе?
— Хорошо. Получил «пять» по математике. Папа думает, из меня выйдет отличный банкир. — Он смеется.
— Только если ты сам этого хочешь, — говорю, хотя знаю, что он давно хочет стать банкиром, как отец.
— Учитель спрашивал, как у тебя дела.
Я отстраняюсь и смотрю на него.
— В смысле?
— Он сказал, что ему нравится, как ты пишешь, и ему жаль, что давно не видел ничего нового от тебя.
Я улыбаюсь и убираю волосы с его лица.
— Передай ему, что я работаю над чем-то грандиозным, — отвечаю и целую его в щеку. — А теперь — спать.
— Можно мне поиграть в Fortnite? — канючит он.
— Нет. Ты знаешь, что игра разрешена только по выходным. — Качаю головой.
— Ладно, — говорит он, но в голосе слышится разочарование.
Я провожаю взглядом его понурую фигуру, пока он поднимается по лестнице в свою комнату, а затем проверяю телефон и вижу письмо от отправителя, чье имя мне слишком хорошо знакомо.
Добрый вечер, мисс Найт,
Я пришел к выводу, что ты не отстанешь от меня, пока не получишь желаемое. Поэтому я дам тебе интервью, о котором ты так настойчиво просишь.
При одном условии...
С уважением,
Тот, Кого Ты Преследуешь
Тот, которого я преследую. Я тихо смеюсь.
Что ж, в какой-то степени это правда.
4. Сорен
Как только она читает письмо, мне приходит уведомление, и я жду ответа. Когда через десять минут его так и нет, я выключаю телефон и иду в душ. Она копает под меня, но и я навел кое-какие справки. С помощью одного из членов Общества, Бостона — он детектив и может достать для меня что угодно — это было бы проще простого. Но с ней я предпочёл заняться этим сам. И всё же она, похоже, совсем меня не боится. Скорее, наоборот — считает, что контролирует ситуацию, что уже само по себе забавно.
Я держу многие части своей жизни в секрете, и у меня это отлично получается. Иначе я не был бы Лордом Общества Отверженных. Я прирожденный лидер и не отношусь к своей должности легкомысленно, но мне доставляет истинное удовольствие быть главным. И хотя Отверженные не занимают всё мое время, на них уходит добрая его часть, особенно когда дело касается охоты. Охота проводится дважды в год, и я сам выбираю добычу. Обычно Бостон находит законченных ублюдков, и мы выбираем из них, но иногда кто-то настолько выводит меня из себя, что я из принципа назначаю его нашей целью. Такое случается редко, но когда случается, об этом не знает никто, кроме меня — до тех пор, пока Охота не заканчивается.