Группа захвата из двух человек осторожно пошла наверх. Хилькевич встал под одним окном, Петр Петрович расположился с другой стороны дома, а Ирина охраняла машины с включенными двигателями.
В Москве никогда не бывает полной темноты. Но это на улицах, где светятся окна домов, где фонари и реклама. А здесь в кустах под кирпичным бараком — хоть глаза выкалывай!.. Потемкин на ощупь вытащил пистолет и передернул затвор. Теперь, когда патрон сидел в патроннике, — жить стало веселее.
Кусты располагались так густо, что под кухонным окном второго этажа было лишь маленькое местечко на одного худого человека. Полковник поместился там, но с большим трудом… Он знал, что именно сейчас начинается операция. Договорились так, что на первых минутах Муромцев с Кузькиным не будут ломиться в дверь, а начнут переговоры типа: «Верни, Гусак, корону, а мы тебя за это не арестуем».
Окно на втором этаже было темным, и это давало надежду, что все обойдется без Потемкина… Не обошлось! Кто-то зажег наверху свет, кто-то открыл окно и уже понятно кто — прыгнул на тот самый пятачок, где примостился полковник.
На него летела громадина! И не одна, а с сумкой… Непонятно, какой уловкой немолодой уже Петр Петрович врос в кусты, но Гусак приземлился, лишь слегка чиркнув по его парадному костюму с запахом коньяка и духов именинницы.
Полковник закричал и обхватил злодея в охапку… Конечно, он должен был применить прием самбо, но эту борьбу Потемкин изучал в училище тридцать лет назад. Сдал зачет — и забыл!
Гусаку было чуть за тридцать, и был он крепким и юрким… Этот тип локтем врезал Петру Петровичу в ребро. А еще он как-то изловчился и пяткой ударил в пах… Соперники рычали и барахтались, пока не упали на землю. Полковник завалился на три тонких пенька — каждый размером со стакан. А Артем Уткин лег сверху, вдавливая Потемкина в косые срезы деревянных обрубков.
Падение их разъединило. Гусак вскочил и, как лось, поперся через кусты… Полковник тоже встал, но двигался вяло и со стонами, пробиваясь через проторенную тропу. Подвигом было уже то, что он до сих пор не выронил пистолет.
Артем знал, куда бежал. Здесь его не догнала бы группа захвата — от подъезда слишком большой крюк по кустам… Но именно здесь стояли оперативные машины, а около них — Ирина.
Выйдя на дорогу, Потемкин увидел, как злодей приближается к Багровой. Сейчас он прибьет девушку, прыгнет в казенную машину — и поминай как звали! Тем более что Гусак с сумкой, в которой корона… Конечно, она там! А где же ей еще быть?
На последних секундах перед трагедией полковник вскинул пистолет и выстрелил… Стрелял он так же, как боролся в стиле самбо. Но и на старуху бывает проруха — Петр Петрович попал!
Гусак замер на бегу и свалился у ног Багиры…
Уже от первого крика Потемкина в бараках стали зажигаться окна. А после выстрела все заголосили, грозя милицией.
Подбежавший Муромцев быстро обыскал труп, закинул в машину сумку Темы Уткина и скомандовал:
— Быстро все по машинам… Шевелитесь, Петр Петрович! Сейчас менты понаедут и возьмут вас со стволом на трупе. Эти заморочки нам не нужны — у нас других хватает.
Уже в дороге Паша прощупал сумку Гусака. В ней были крупные деньги, но короны там не было.
— Похоже, товарищ полковник, что Уткин продал вещь. А кому — как теперь узнаешь?.. Зря вы его убили насмерть. Теперь у нас только на Трубочиста надежда.
— Но он, Паша, тертый калач. Он будет молчать!
— Я вотрусь к нему в доверие.
— В качестве еще одного адвоката?
— Нет! Как друг, товарищ и брат… Я пойду в его камеру. Посадите меня, товарищ полковник!
16
В соседней комнате запела канарейка. Не будильник с ее голосом, а настоящая желтая птичка с Канарских островов… Это значит, что уже ровно девять утра. Это значит, что горничная услышала свой будильник, сняла с клетки темное покрывало, и обученный во Франции кенар запел, лаская слух хозяина… Хозяйка еще спала. От вчерашних поздравлений Евдокия Пугина утомилась и не могла проснуться.
Константин Федорович сполз на мягкие ковры и легким шагом обошел огромную кровать. Теперь окно было за спиной, и он мог любоваться спящей женой во всех подробностях.
Дуня лежала на спине. Шелковое одеяло соскользнуло на пол, а легкая ночная рубашка задралась сверх всякой меры… Возможно, ей снилось прошедшее торжество в ее честь — на лице блуждала легкая улыбка, а грудь радостно поднималась при каждом вздохе, натягивая кружевную ткань… Бесспорно, Евдокия красавица! Пусть это было десять лет назад, но не зря ей тогда дали корону «Мисс Россия».
Еще в детские годы Костя Пугин знал, что будет очень богатым. Ему мечталось о всяких чудесах. Например, о случайно найденном кладе. И не о горшке с монетами, а о сундуках в пещере. Открываешь, а там все блестит и сверкает. И в центре этой горы самоцветов — корона с кучей огромных бриллиантов.
Друзья знали о его настрое, отчего в старших классах Костя Пугин получил кличку Хапугин. Этот псевдоним перескочил и в финансовый институт, и потом в НИИ, где Константин Федорович начал делать карьеру…
Когда он брал в жены Евдокию, он не представлял, что может случиться такая любовь… Тогда, десять лет назад, Пугин уже вышел на орбиту. Он не брал взяток — почтенная публика сама впихивала ему огромные суммы. И робкая девочка Дуня с короной «Мисс Россия» на первых порах была тоже взяткой. После победы в конкурсе ее связали долгосрочным контрактом, который за определенную услугу переписали на Пугина.
Он же не мог тогда знать, что случится любовь… Евдокия выросла в деревне, но в семье учителей. Она совсем не была серым валенком. Многие московские свистушки дурнее ее.
Только с Евдокией Пугин понял, что есть что-то важнее денег. С ней он полюбил делать подарки… Дунечка удивилась, вероятно, что к тридцатилетию он не преподнес ей ничего. Ничего, кроме самого банкета, нового платья к нему и комплекта соответствующих безделушек с рубинами… Константин предупредил, что подарок будет утром.
Она все еще спала. Пугин с восхищением смотрел на ее красивое и спокойное лицо. Смотрел и жгуче жалел, что ему уже за пятьдесят и что он может значительно меньше, чем хочется… Но любовь, она не только в физической близости. И не в ласковых словах. И не в подарочках… Но, кстати, его подарок будет хорош! Очень даже достоин такой красавицы.
Просыпалась она неторопливо, не изменяя доброго и счастливого выражения лица. И это правда — она обрадовалась, увидев его около кровати!
— Ты давно проснулся?
— Нет. Я пять минут как встал.
— Я так довольна. Ты такой праздник устроил вчера… Иди ко мне. Давай еще полежим, пообнимаемся.
— Чуть позже, дорогая. Сейчас я вручу тебе свой подарок… Встань вот сюда, поближе к свету. Встань и сними с себя рубашку.
— Совсем снять?
— Совсем! На тебе ничего не должно быть. Только ты, и все… Теперь закрой глаза.
Она выполняла все безропотно и с легкой застенчивостью… Понятно, что он тысячи раз видел ее в такой форме одежды. Но было приятно, что каждый раз это волнует, как в первый раз… И она действительно красавица. А сегодня станет королевой.
Костя Пугин подбежал к шкафу, вытащил какой-то предмет, завернутый в кусок яркой ткани, и поспешил к жене. Он подошел вплотную, отбросил на кровать шелковую тряпку и надел на головку своей Евдокии тяжелый обруч с множеством крупных бриллиантов. Это и была корона царицы Елизаветы…
17
Специалист по тюремным татуировкам склонился над Муромцевым… Это только непосвященным кажется, что блатные наколки — свободное искусство. Хочешь, так натюрморт нарисуют, а то — всадника на слоне или белый пароход. Нет! Тут свои правила, своя символика.
На спину Павлу особой краской наносили храм с пятью куполами — это количество ходок или судимостей. На груди предстояло изобразить льва с короной и словом «кот» — коренной обитатель тюрьмы. И еще предлагалось выполнить массу картинок на руках и других частях тела.