А причины всему — кто бы удивился? — лежат в прошлом. Я ведь, между прочим, не всегда была такой…
Митчелл — не моя настоящая фамилия. Это фамилия моих приемных родителей, которые удочерили меня из приюта в возрасте пяти лет. О моих биологических родителях я ничего не знаю и, честно говоря, знать не хочу. Я научилась ценить то, что есть, и это мой принцип. Как говорится, лучше синица в руке, чем журавль в небе. Тем более что журавль этот может при ближайшем рассмотрении оказаться вдруг коршуном. А то и птеродактилем…
Но это еще далеко не все, леди и джентльмены. В возрасте тринадцати лет меня похитили. Должно быть, какой-то маньяк. Потому что выкупа никто не требовал, а через три дня меня нашли без сознания в городском парке… О том, что со мной произошло в эти дни, я так и не вспомнила. Мне кажется, оно и к лучшему (хотя некоторые из моих психоаналитиков были другого мнения).
Казалось бы, все кончилось хорошо, пусть маньяка этого так и не поймали. Да только с той поры и начался у меня непорядок с головой. Провалы памяти — иногда минуты, а порой и часы, необъяснимая сонливость в самые неподходящие моменты… Они преследовали меня в школе и колледже, вызывая насмешки сверстников. Потом как-то все улеглось. Меня ведь лечили, и довольно серьезно! Митчеллы души во мне не чаяли, разоряясь на врачей.
Новый этап моей болезни начался, когда я стала жить одна. То есть совсем одна, сама по себе. Моя квартира все больше кажется мне осажденной крепостью. Я стала бояться пространства и чужих людей. Это пришло не в одночасье, а исподволь. И если называть вещи своими именами, то, по-моему, у меня паранойя. Хотя доктор Штерн уверяет, что нет — всего лишь агорафобия, и таких случаев сейчас навалом. Впрочем, менять врача я пока не собираюсь. Их не так много, работающих через Интернет.
Между прочим, у меня действительно может быть сестра. Этот факт ничему не противоречит. Я ведь ничего не знаю о своей биологической семье. Может, они сдали одного ребенка в приют, а другого оставили. Или мы обе попали в приют, и ее удочерила другая семья. И вот она — Ирма, кажется? — проявила интерес к своему происхождению, пошла по инстанциям, раскопала старые документы…
В этом случае она должна была выйти на Митчеллов!
Эта мысль пронзает меня как мистическое откровение.
Надо позвонить маме.
— Алло? — сразу отвечает та.
— Привет, мам, это я…
— Здравствуй, дорогая! Подожди, я выключу телевизор.
Я жду, и сердце тяжело колотится в груди.
— Да, милая! Как ты себя чувствуешь?
Господи, как ей рассказать? Да и не нужно. Она представляет. Примерно.
— Нормально, — говорю я. — Слушай, мам, у меня такой дурацкий вопрос… Ты не знаешь, у меня есть братья или сестры? В смысле, биологические.
Вопрос действительно дурацкий. Никто у нас в семье об этом не знал.
— Конечно, золотце! — неожиданно радостно восклицает мама. — Ты уже с ней встретилась?
— С кем? — тупо спрашиваю я.
— С Ирмой! Очень милая девочка, гостила у нас в прошлые выходные. Совсем как ты, только рыженькая. Мы с Джеком ее поселили в твоей старой комнате. Милая девочка, только легкомысленная немного. И одевается так, знаешь, современно очень…
— Что она говорила? — мой голос охрип от новостей.
— Что вас разлучили в детстве, в приюте. Вы туда обе попали после смерти родителей… Ох, извини, я не хотела…
— Ничего, мам, продолжай.
— В общем, ее усыновила другая семья, которая потом уехала в Калифорнию. А когда она выросла, то решила разыскать свою настоящую семью, и вот нашла тебя… Просто удивительно, как в сериале, правда? Только я не поняла, вы встретились или нет?
— Нет пока. Слушай, а она показывала документы, назвала свою фамилию?
— Да, конечно. Ее удочерили какие-то Джонсоны, но теперь она взяла вашу настоящую фамилию — Ринг.
У меня трубка чуть не выпала из руки. И тут мама меня добила:
— Ирма звонила тебе от нас, но ты не подошла к телефону. Плохо себя чувствовала?
— Да, — с трудом выдавила из себя я. — Немножко. Ты знаешь, меня иногда клонит в сон ни с того ни с сего. Так крепко сплю, пушкой не разбудишь. Извини…
— За что, милая? Ты, наверное, слишком много сидишь за компьютером.
— Ну, кое-как зарабатываю на хлеб с маслом.
— Ешь лучше фрукты. Может, послать тебе?
— Спасибо, мам, не надо.
— Может, ты заедешь к нам как-нибудь? Джек как раз веранду починил.
— Да, мам, спасибо. Как-нибудь. В другой раз. Пока!
Я наконец повесила трубку, при этом едва не уронила телефон. Глаза ослепли от навернувшихся некстати слез. Надо собраться с мыслями. Вдох-выдох. Все будет хорошо.
Итак, я — Кира Ринг. Чокнутая Кира Ринг. Должно быть, я всегда это знала, потому и выбрала такой псевдоним. Мое истинное имя сидело где-то в подсознании, чтобы однажды вырваться наружу… и остаться незамеченным.
Или все дело в другом? Может быть, Ирма — моя поклонница? Если так, то она еще более чокнутая, чем я. Изображать моего двойника, взять фамилией мой псевдоним… Да нет, нереально. Это уже мания величия, подруга. Не такая ты знаменитость, Кира Ринг, да и твоя героиня тоже. Много ли народу фанатеет от Саши Гром? Это ведь не Женщина-кошка, не Зена, даже не Черный Скорпион… Впрочем, определенный круг поклонников все же есть. У нас с Сашей есть свой фэн-сайт в Интернете. Ее это фэны или мои? Ну, формально это фэны комикса. На сем и остановимся. Кстати, пришла пора навестить кое-кого. Среди фэ-нов встречаются и вменяемые. Может, и не вполне, но для меня — в самый раз.
Один из них скрывается под ником Сет723. Я ничего не знаю о нем как о человеке, и меня это устраивает. Должно быть, он мужчина, но я не хочу думать о нем, как о мужчине. Впрочем, как и о женщине. Для меня он — бесплотный дух из сетевой бездны. Кому еще поведать мою загадочную историю?
Сет 723: Любопытно. Напоминает мне двадцать девятый выпуск Саши.
КираРинг: Не могу сейчас вспомнить, давно дело было. О чем там?
Сет 723: Ну как же! Проклятые мерзелиане отправились через Воронку Времени в прошлое, похитили Сашу, когда она была ребенком, и клонировали, чтобы создать ее злого двойника, наделенного столь же великой Силой.
КираРинг: Это я такое написала?
Сет723: Наверное, ты. Либо твой злой двойник. Одно из двух.
КираРинг: Слушай, а если они тогда похитили Сашу, то почему ее просто не убили, и дело с концом?
Сет723: Не знаю.
КираРинг: Потому что они идиоты!
Сет723: Да, это очень удобно. Только в жизни все иначе, крошка.
КираРинг: Не говори со мной о жизни. Скажи лучше, почему ты — Сет?
Сет 723: А какие проблемы?
КираРинг: Насколько я помню мифологию Египта, Сет — бог зла и смерти.
Сет 723: Это весьма распространенное заблуждение. На самом деле, Сет — бог всего аномального, отклоняющегося от нормы. Он — разрушитель вселенского порядка. Но в мире Абсолютного порядка жизнь невозможна. Нужен Хаос, чтобы зажечь звезды. И я говорю: в тебе есть еще Хаос.
КираРинг: Сет, ты — мой бог!
Сет 723: Спасибо.
Я отключаюсь и начинаю шарить по собственным файлам. Двадцать девятый выпуск — это почти год назад. Господи, неужели Сет все их так помнит? Да, вот эта красочная бредятина. Похитили. Клонировали…
Меня похитили и клонировали! Мысль, невероятно ясная и четкая, ставящая все на свои места, безраздельно овладевает мной. Вот разгадка моей чудовищной тайны. Правда, клон должен быть моложе на тринадцать лет. Но, может, он и развивается быстрее? Если у них есть технология клонирования, почему не быть и стимуляторам роста? Ее растили где-то в секретных лабораториях — должно быть, в Зоне 51, — пока не пробил час приступить ко второму этапу зловещего плана…
У меня бред. И какая-то часть меня понимает это. Мне надо принять таблетку, всего одну таблетку, такую розовенькую…