— Но, позвольте. Как же так! Чрезвычайное положение! У нас нет оснований! — Мэр тараторил без умолку, заискивающе заглядывая в глаза Конрада. — Да и зачем все это…. Осталось найти еще трех андроидов, и порядок будет восстановлен.
— Основания? — Вголосе Конрада прорезался металл: — Я уверен, что сегодняшняя провокация организована нашими соседями, жителями Арнителя. Надо проучить этих зарвавшихся негодяев.
— Вы хотите развязать войну? — Пигги побледнел.
— Войну объявите вы! — Конрад метнул ледяной взгляд в сторону мэра. — У меня таких полномочий нет. Но для начала мы должны объявить чрезвычайное положение.
Он порылся в складках плаща и вытащил свернутый в трубочку лист. Примостил его на столе и, придерживая одной рукой, поставил размашистую подпись. Затем, оставив на листе пергамента оттиск фамильного перстня, протянул документ мэру.
— Подписывай, Пигги, и ставь свою печать. — Конрад повернулся к рыцарям: — Эндрю, Лукас, ваши подписи на документе тоже необходимы.
Когда выполнили все формальности, Конрад удовлетворенно улыбнулся. Рассматривая чистый лист, заверенный печатями и подписями, он похлопал мэра по плечу:
— Текст указа я впишу самостоятельно. Вы же мне доверяете, мэр?
— Да-да, конечно, — закивал Пигги.
— Вот и славно. — Конрад повернулся к Лукасу: — Узнай, как продвигаются дела с поиском оставшихся трех андроидов. Уже светает.
Действительно, небо над городом понемногу стало приобретать грязновато-серый оттенок. Из окна дворца градоначальника стало видно, как тут и там по узким тропинкам шныряют вооруженные люди.
Ожидание затянулось. Мэр, угрюмо нахохлившись, развалился в кресле и теребил в руках золотой восьмиугольник, символ своей власти. Он переводил взгляд с безмятежно попивающего вино Конрада на Эндрю, который напряженно стоял у окна, наблюдая за растревоженным Городом.
— Значит, война? — снова прошептал Пигги.
— Война, мэр, война. Как ни крути, а спокойная размеренная жизнь ведет к упадку. Вы так не считаете?
Он покосился на Эндрю. Рыцарь лишь пожал плечами, продолжая рассматривать улицу сквозь мутное стекло.
Конрад плеснул в бокалы вино из изрядно опустевшей бутылки.
— Присоединяйтесь, господа.
Эндрю прищурился, всматриваясь в предрассветный сумрак. По главной аллее к дворцу спешил рыцарь. Судя по уверенной походке и пластиковым доспехам, во дворец направлялся Лукас.
— Я ненадолго вас покину, господа, — небрежно бросил Эндрю и вышел из зала.
Лукас торопливо шел по узким коридорам дворца. По его торжествующему взгляду и самодовольной улыбке сразу можно было догадаться, что рыцарь несет хорошую весть.
Повернув за угол, он носом к носу столкнулся с Эндрю. На секунду опешив, Лукас улыбнулся.
— Все в порядке, Эндрю! — Он протянул руку, в которой поблескивали кристаллы.
Однако Эндрю, казалось, не разделял радости Лукаса. Повертев один из кристаллов, Эндрю окинул сияющего рыцаря холодным стеклянным взглядом.
— Ну что ж… Пойдем порадуем остальных.
Он посторонился и пропустил вперед пританцовывающего от нетерпения Лукаса.
— Куда они все подевались? — Конрад нахмурился.
На улице уже почти рассвело. Скоро предстояло собирать народ на центральной площади, чтобы сообщить о провокации соседнего города Арнителя. Затем объявить Чрезвычайное положение и всеобщую мобилизацию. Окончательно сломленный Пигги находился в прострации. Время от времени он подносил к губам бокал с вином и с шумом делал несколько глотков. Затем снова замирал на неопределенное время. Наконец дверь распахнулась, и на пороге возник сэр Эндрю. Рыцарь прошел к столу и, не говоря ни слова, положил на него два кристалла.
— Уже хорошо, — промычал под нос Конрад. — Остался всего один.
Он сгреб кристаллы в сумку и поднял глаза на почтительно застывшего рыцаря.
— Ищите последнего бунтовщика. — Он покосился на мэра. — А я, пожалуй, заполню указ.
Он взял свернутый в трубку документ и медленно направился к столу.
— Да, кстати, а где мой сын, — через плечо бросил он.
— Лукас мертв, — бесстрастно произнес Эндрю.
Наступившая тишина оглушила, словно удар грома. Пигги, мигом протрезвевший, раскрыл рот, повернул голову в сторону рыцаря и замер. Конрад медленно обернулся. Ему показалось, что он ослышался.
— Что ты сказал? — Потемневшие зрачки превратились в кратеры вулканов, из которых вот-вот брызнет кипящая лава и испепелит всех и вся.
— Я убил Лукаса, — холодно произнес Эндрю. Он резко откинул назад роскошный плащ, обнажив торс. Надежно закрепленный в специальном разъеме на животе рыцаря мерцал последний десятый кристалл.
Рука Конрада машинально потянулась к мечу, но Эндрю действовал более стремительно. Секунда — и меч рыцаря-андроида летит в сторону командира; еще миг — и, прижав к окровавленному животу руки, Конрад, будто мешок с тряпьем, оседает на пол. Глаза Пигги расширились от ужаса. Рука непроизвольно разжалась, и по полу с веселым звоном разлетелись осколки бокала. Вино разбрызгалось по паркету и смешалось с кровью умирающего Конрада.
Эндрю, все еще держа в руке окровавленный меч, шагнул к мэру. С лезвия клинка стекала бурая вязкая жидкость. Белый как полотно Пигги шагнул назад, запнулся о стул и с грохотом рухнул на пол. Андроид подходил все ближе. Вот он уже вплотную подступил к трясущемуся от страха мэру. Поднял меч. Приставил острие клинка к горлу градоначальника. Обмерев от ужаса, Пигги ощутил ледяной холод металла, губы задрожали, перед глазами поплыли темные круги. Он тихонько заскулил, чувствуя, как по ногам течет что-то горячее.
— Вставайте, мэр. — Андроид обтер об обшивку кресла меч и убрал его в ножны. — Идите переоденьтесь, вы обмочились.
Пигги, трясясь всем телом, неловко приподнялся на четвереньки.
— Ну же! Быстрее! — повысил голос Эндрю.
Градоначальник вскочил и, прихрамывая, побежал в спальню. Эндрю огляделся. Ближайшие посты дворцовой стражи находились на нижнем этаже. Другого выхода из спальни мэра, кроме как через зал, в котором расположился андроид, не было. Сэр Эндрю приготовился ждать.
Когда градоначальник вернулся в зал, Эндрю небрежным кивком указал ему на кресло.
— Присаживайтесь, мэр. Надо поговорить.
Два раза повторять не пришлось. Пигги на ватных ногах добрел до кресла, опасливо покосился на труп Конрада, застывший в луже крови, и наконец уселся.
— Как вы уже поняли, я — андроид, — начал Эндрю. — Если вас смущает цвет моей кожи, то смею заверить, что пигментация кожного покрова роботов может быть абсолютно любой.
Он на секунду замолчал.
— Итак, Пигги, вам не кажется, что в Городе грядут перемены? Андроидов, в том числе и меня, волнует поведение солдат. В последнее время они сильно распоясались. А мы хоть и не люди, но поверьте, нам тоже не нравится, когда нас калечат, выводят из строя и отправляют на переплавку. Кроме того, это наносит ущерб Городу. Не так ли?
Мэр кивнул. Его щеки из бледных стали ярко-пунцовыми, взгляд рассеянно блуждал по залитому кровью полу.
— Вы, как градоначальник, обязаны заботиться о благополучии горожан и экономическом процветании Города. И, надеюсь, вам известен секретный документ, который рассказывает о предназначении андроидов.
— Да, — прошептал Пигги.
— Что? Не слышу! — голос Эндрю стал жестче.
— Знаком, — прохрипел Пигги.
Эндрю удовлетворенно кивнул.
— Тем лучше. Значит, для вас не будет неожиданностью, если мы вернемся к своему прямому предназначению — защите населения от внешних врагов и поддержанию порядка внутри Города.
— Но что скажут жители? — попытался возразить мэр.
— Значит, так. Сейчас солдатня, утомленная ночными похождениями и выпитым спиртным, угомонится и завалится спать по казармам. Вы откроете хранилище и отдадите мне все блокирующие кристаллы. Сколько их там? Сотня? Две? Три?
— Несколько тысяч, — промямлил мэр.
— Я так и думал. — Эндрю встал и подошел к окну. На улице уже появились жители. Собравшись кучками, они что-то горячо обсуждали. Однако солдат видно не было.