— Я запомнил номер его машины! — воскликнул охранник.
— И что? Завтра его статья с моей фотографией облетит всю Москву. Все, мне конец. Надо менять профессию.
Анжелика закрыла глаза ладонями и разрыдалась.
— Эти журналюги поганые всю жизнь мне отравили! С ментами еще можно договориться, с бандитами тоже. Этих же — только убивать. Боже мой, я ему такого наплела: если он опишет, все московские маги будут валяться без памяти.
— Зачем же ты ему наплела? — удивился охранник.
— Сначала ляпнула, что первое в голову пришло. А потом понесло. Остановиться не могла… Черт!
Она взглянула на охранника совершенно озверевшими глазами и крикнула:
— Чего ты на меня уставился, как идиот! Придумай что-нибудь…
Около семи Берестов подъехал к гастроному, находившемуся на той же улице, что и его дом. Он устало вышел из машины и нырнул под крзырек магазина. На улице уже было темно. В магазине почти никого. Леонид купил хлеба, пельменей, крабовых палочек, кетчуп и бутылку пива. Рассчитавшись и сложив покупки в два пакета, он вышел из магазина, кинул мешки на заднее сиденье машины и уже хотел было повернуть ключ зажигания, как к окошку подскочила незнакомая женщина с гитарой в руках и взволнованно воскликнула:
— Молодой человек, сейчас в вашей машине возился какой-то подозрительный тип в кожаной куртке.
— Что? — удивился Берестов и, сунув руку под зажигание, нащупал два проводка ведущие под его сиденье.
Он тут же выскочил из машины и, поблагодарив женщину, помчался обратно в магазин. Там, в присутствии всех продавщиц, заведующего магазина, четырех покупателей и этой милой женщины с гитарой, журналист позвонил в оперативный отдел РОВД и сообщил, что в его машину, возможно, подложили бомбу.
Непонятно, что заставило Маргариту обернуться. Она уже подходила к двери собственного подъезда, как внезапно заметила, что за ней следуют двое высоких парней в коротких кожаных куртках. Ей показалась, что она видела их в Кузьминках, где сегодня давала урок, затем в переходе метро и даже, кажется, в обоих вагонах, в которых ехала до «Спортивной». Потом они мелькнули на выходе у киоска, где она покупала хлеб, и вот сейчас снова угрюмо маячат сзади, не отставая ни на шаг. Но возможно, Маргарита ошибается. Ведь это не шутка, увидеть, как в машину подкладывают бомбу. Да еще дома… Боже мой, что ждет ее сейчас дома?
Маргарита отперла чипом бронированную дверь подъезда и сразу рванулась к лифту. Лифт долго не приходил. В тот момент, когда он наконец пришел, она услышала, как заскрежетала входная дверь. Сердце ее оборвалось. «Это они», — мелькнуло в голове, и она, прыгнув в лифт, скорей нажала на кнопку. Бедняжка услышала торопливые шаги, явно намеревающиеся поспеть к лифту. Но тщетно. Она выскочила на своем этаже и принялась торопливо скрежетать замком решетки, а лифт тем временем поплыл вниз.
«Надо было выйти на другом этаже, — мелькнуло в голове. — Снизу элементарно засечь, на каком этаже остановился лифт».
Решетка наконец поддалась. Она вставила ключ в замок своей первой бронированной двери. Дверь открылась без проблем. Вторая дверь, к счастью, оказалась открытой, а лифт, между тем, полз обратно. Интересно, где он остановится? Она шагнула в квартиру, захлопнув бронированную дверь, и прислушалась. Лифт остановился на четвертом этаже. «Слава богу», — облегченно вздохнула она и наконец оторвала от двери ухо. И вдруг вспомнила, что не заперла за собой решетку. Она выскочила из квартиры, со скрежетом пошерудила в замке и прислушалась. На четвертом этаже царила тишина. Видимо, те, кто приехал, уже вошли в квартиру.
Теперь предстояла другая задача — посмотреть в глаза квартиранту. В квартире было подозрительно тихо. Она заглянула в кухню — никого. На плите стояла сковородка, и пахло рыбой. Она открыла крышку и обнаружила под ней жаренную в сухарях мойву. Откуда? У нее не было мойвы. И вдруг сзади хозяйка услышала тихий вкрадчивый шорох. Маргарита обернулась и вздрогнула.
В проеме двери стоял он, ее квартирант, но в каком виде: он был пунцовым, потным, со вздутыми на лбу венами и дрожащим подбородком; глаза его лихорадочно блестели и были совершенно невменяемы.
— Что с вами? Вы выпивши? — спросила она.
— Что вы? — улыбнулся он. — Просто меня немного продуло. Не обращайте внимания.
— Продуло? Где?
— На балконе.
— Вы выходили на балкон? И мойву вы пожарили?
— Да. Специально для вас. Это конечно не самая лучшая рыба, но на большее у меня не было денег.
— Вы выходили из квартиры? — удивилась Маргарита. — Без ключей?
— Извините, — улыбнулся он виновато и вытащил из кармана связку ключей. — Я нашел это в тумбочке прихожей!
— Вы лазили по тумбочкам?
— Еще раз извините! Я искал градусник.
— В тумбочке прихожей? — вытаращила глаза Маргарита.
— Я подумал, — странно улыбнулся он, — что если вы храните ножи под холодильником, то почему бы градуснику не лежать в тумбочке прихожей?
— Нет-нет, градусник у меня в зале, в правом ящике под телевизором. Возьмите! Я разрешаю!
— Спасибо! — вежливо произнес он и исчез.
Маргарита услышала, как в зале щелкнула магнитная дверца тумбочки, и без сил опустилась на стул. Сегодняшнее его поведение было очень подозрительным. А что если сейчас вежливо предложить ему исчезнуть? — мелькнула неожиданная мысль.
Она решительно поднялась со стула и направилась в зал. Он сидел на полу в расстегнутой рубашке, из-под которой торчал градусник, и глаза его нездорово блестели. Он поднял туманный взгляд на хозяйку и устало произнес:
— Я кое-что начинаю вспоминать, дорогая Маргарита. Это ужасно. Это очень ужасно. Возможно, сегодня мне понадобится скальпель. У вас есть скальпель?
— Нет, — произнесла Маргарита и попятилась из зала.
— А вы можете спросить у соседей? — произнес он.
Но хозяйка квартиры не ответила, потому что зазвонил телефон. К телефону она бросилась, как к спасению.
— Я слушаю, — произнесла Маргарита полушепотом.
— Это я, тетя Лида, — услышала она в ответ встревоженный шепот соседки. — Риточка, у вас все нормально? Я час назад звонила, никто трубку не брал. А свет в кухне горел.
— А почему вы решили, что у меня не нормально?
— Да, потому что у вас днем по балкону ходил голый мужик. Мало того, что он голый, так он еще был мокрый и даже распаренный. Это так надо?
Маргарита не нашлась что ответить. Руки ее затряслись. Теперь она поняла, кто был этот человек, две ночи ночевавший у нее, и у кого он унаследовал такую привычку ходить голым. Соседка эту паузу поняла по-своему:
— Вы, Риточка, не можете говорить? — спросила она, приглушая звук. — Может, вызвать милицию?
— Вызовите! — шепнула Маргарита, покосившись на дверь. — И предупредите, что в моей квартире, возможно, известный рецидивист Кирилл Киселев, который объявлен в розыск.
— Боже! — вскрикнула соседка. — Бегите же скорей…
Связь оборвалась. Маргарита осторожно положила трубку и несколько минут сидела не шевелясь. Затем собрала в себе силы, какие нашла, и на цыпочках принялась выбираться из спальни. При этом кровать ее предательски дрогнула, дверь скрипнула, а из рук неожиданно выпрыгнул баллончик и звонко покатился по коридору. Она подобрала его, прокралась мимо дверей спальни, бесшумно влезла в туфли, сняла с вешалки плащ и начала скрежетать ключом в двери. Это было нелегко. В одной руке был плащ, в другой баллончик. Пришлось баллончик быстро сунуть в карман юбки. Дверь наконец поддалась и со страшным скрежетом открылась.
Маргарита выскочила наружу и кинулась к решетке. Поминутно оглядываясь, она отпирала решетку и все никак не могла попасть ключом в замок. Когда же попала, то не смогла его провернуть. Замок заедал довольно редко, но метко. Вот и сейчас заартачился именно в такую минуту, в какую не пожелаешь и врагу. Девушка бросила плащ на пол и начала обеими руками давить на ключ. Замок щелкнул, и решетка с душераздирающим лязгом нехотя поддалась. Маргарита схватила плащ и выскочила на площадку.