Правда, у меня были камешки. Денег как раз хватило, чтобы купить у Найта робота-носильщика. Он был уже не нужен боссу. Найт прислал за андроидом своего секретаря, но следом прилетел на Европу сам — секретарь правильно предположил, что сохранить рассудок сможет, если при сделке с рьяно торгующимся роботом будет присутствовать хладнокровный босс, и срочно дал на Землю телеграмму. Получив камни, Найт и его секретарь улетели, оставив робота новому хозяину — Банни Ферсту.
Мой однокашник посетил лечебницу для алкоголиков, где главным врачом был близкий его приятель. К доктору Губерману Банни пришел не один, а с племянником — рослым молодым человеком, недавно прилетевшим с Земли. У юноши были проблемы с алкоголем, и «дядя» весьма беспокоился по этому поводу. Доктор побеседовал с обоими и обещал помочь, хотя клясться Гиппократом не стал.
И правильно! Находясь в лечебнице, юноша сдружился с больным по фамилии Сидимо — тихим сумасшедшим, страдающим машиноманией: воображал себя роботом, бедняга. Итогом этой странной дружбы стало то, что японец полностью выздоровел! Правда, его болезнь необъяснимым образом «перетекла» в алкоголика. Доктор Губерман готов был сжевать свой диплом психиатра!
А недавно, когда я покупал себе скафандр для наружных прогулок, владелец магазина сделал мне скидку на целых пятнадцать процентов. Потом, правда, я узнал, что во всех магазинах Евробурга, торгующих космической амуницией, цены для покупателей, чей рост ниже ста пятидесяти сантиметров, значительно снижены.
Я нахожу это справедливым.
МИР КУРЬЕЗОВ
МИФ О СВЯТЫНЯХ ВЕЛИКОГО НАРОДА
К сожалению, многие из самых знаменитых американских святынь, культовых предметов и мест — обыкновенные подделки или, точнее сказать, святыни мнимые. Но простому человеку не присущи сомнения в духовных свойствах материальных тел, и поэтому святость какой-либо из этих святынь никогда не подвергалась серьезной проверке.
А проверить не мешало бы. Вероятно, самая почитаемая из американских святынь — так называемый Колокол Свободы, который, как полагают, 4 июля 1776 года звоном своим возвестил о независимости Штатов от Старого Света. Если до сих пор эта святыня и вызывала какие-либо вопросы, то все они касались деталей, мелочей и подробностей. Один автор писал, что звонарем в тот день был какой-то «старик» с белыми волосами, а знак ему подавал некий «синеглазый мальчуган», первым услышавший, что делегаты проголосовали за независимость. Более склонные к беллетристическим приемам рассказчики добавляют, что старец ударил в колокол ровно сто раз, громогласно вещая при этом: «Свобода на всей земле для всех ее жителей!» Бернард Билайл в своей «Истории зала Независимости», изданной в 1859 году, присовокупил еще одну подробность. Оказывается, «седовласый патриот» звонил в колокол под ликующие возгласы собравшейся внизу толпы, которая «с трепетной надеждой ждала подписания декларации».
Народ так влюблен в свой Колокол, что несколько лет назад группа предприимчивых граждан заказала точные копии этой святыни для каждого государства Союза (попутно заметим, что название Соединенные Штаты Америки хоть и прочно укоренилось в нашем сознании, но, строго говоря, оно не совсем верно, и, если быть совершенно точным, следует говорить «Соединенные Государства Америки»), чтобы люди, которым не удастся совершить путешествие в Филадельфию, могли почти в полной мере насладиться созерцанием этого культового предмета.
А между тем Колокол Свободы и его звон, грубо говоря, такая же туфта, как и пресловутый мифический залп «Авроры». Эту сказочку придумал молодой филадельфиец Джордж Липпард, живший в XIX веке. Он опубликовал свое сочинение в книге под высокопарным заголовком «Легенды Американской революции» и сразу же стал выдающимся мифотворцем.
Подлинная история Колокола Свободы куда прозаичнее. Его водрузили в зале Независимости в 1753 году, это факт, но нет никаких доказательств тому, что в день провозглашения независимости колокол действительно звонил. В любом случае это не могло произойти 4 июля, поскольку независимость была провозглашена двумя днями раньше, 2 июля. В колокол могли ударить восьмого числа, когда Конгресс впервые обнародовал весть о независимости, но ни в каких исторических документах об этой звоннице не упоминается. Похоже, Липпард хоть и не слышал звон, да знал, где он. Колокол Свободы действительно очень красив, но… до Липпарда никто не считал его святыней, и только сообразительный филадельфиец узрел в нем способ прославиться. В 1828 году городские власти Филадельфии даже попытались продать его на металлолом, но не смогли найти покупателя. На колоколе и правда есть надпись: «Свобода на всей земле для всех ее жителей», — но она была отлита вместе с самим колоколом в 1753 году и не имеет никакого отношения к революции. Да и Колоколом Свободы его назвали не во время провозглашения независимости, а гораздо позже, в 1839 году. Сделали это борцы против рабства, и под «свободой» в девизе на колоколе подразумевалась свобода чернокожего населения США.
Две другие святыни, порождающие больше всего споров и неразберихи, называются холм Банкер и Плимутская скала. Банкерский холм прославился благодаря заурядной путанице. Знаменитая битва произошла не там, а на холме Брида — не таком высоком и расположенном поблизости от Байкерского. Борцы за независимость получили приказ закрепиться на Байкерском холме, но по неведомым причинам решили построить редуты на холме Брида, который, к сожалению, оказался гораздо менее неприступным. С тех пор американцы ошибочно полагают, будто сражение произошло на Байкерской высоте, и на британской карте Бостона отмечены американские силы, стоящие лагерем именно там. Сторонники независимости отбили первый натиск, но в конце концов бежали, и лучше вооруженные британцы взяли высоту, хотя это и была пиррова победа: королевские войска потеряли убитыми и ранеными тысячу с лишним человек. Потери американцев были вдвое меньше.
Вера в то, что переселенцы в Новый Свет впервые высадились на Плимутской скале, зиждется лишь на утверждении выжившего из ума девяностопятилетнего старца, сделанном через сто с лишним лет после прибытия в Америку знаменитого «Мейфлауэра», в 1741 году. Старца звали Томас Фоне Старший, а в основе его заявления лежала история, которую он якобы слышал в детстве от отца, приехавшего в Новый Свет через три года после того, как «Мейфлауэр» стал на якорь.
На самом деле первые поселенцы высадились на сушу в Провинстауне, но, к большому смятению жителей сего почтенного городка, никто из них не знает об этом историческом событии. Если уж на то пошло, Плимут вообще не был первым английским поселением в Северной Америке. Первым был основанный в 1607 году Джеймстаун. Так называемые «пилигримы» прослыли первыми поселенцами только потому, что об этом трубили историки, жившие в Новой Англии. Надо сказать, что до начала прошлого века вся история США писалась исключительно новоангличанами для новоангличан, и пущенный ими в обращение миф никак не желает умирать даже сегодня.
Мифы и заблуждения прочно угнездились во многих знаменитых американских домах, освященных громкими именами Авраама Линкольна, Бетси Росс и Стивена Фостера. Пресловутая бревенчатая хижина возле Ходженвилла, Кентукки, где якобы родился Линкольн, превратилась в туристский аттракцион. Ее охраняет стража Министерства внутренних дел, а в каталогах эта хибара числится как «место рождения Авраама Линкольна, исторический памятник».
Но, если верить родному сыну Авраама Линкольна, Роберту, это чепуха. На самом деле хижина, в которой явился на свет будущий великий президент США, сгорела еще до 1840 года. Не осталось даже головешек, потому что, по свидетельству восьмидесятичетырехлетнего кентуккийца, семья которого проживала в этой хижине, «все уцелевшие бревна они потом сожгли в очаге». В 1865 году, когда Линкольн был убит, многочисленные очевидцы утверждали, что не заметили на угодьях родной фермы Линкольна никаких признаков существования бревенчатой хижины.