— Что ты сделаешь, если я нападу на тебя.
— Недостаток информации о моделируемой операции, — огрызнулся Тебетис.
Де Габояни растерялся.
— Я сейчас на тебя нападу!
— Это угроза, док, или моделирование ситуации? — Тебетис был невозмутим.
Таккер осмотрелся. Обстановка лаборатории отличалась аскетизмом: огромный агрегат — суперкомпьютер, выпрошенный под честное слово у знакомой компании-производителя, да пара стульев у махины — это если не считать удобного кресла Тебетиса, от которого тянулось множество проводов как к терминалу, так и в дырку в стене.
Де Габояни кинулся к стулу и рывком схватил его.
— Слушай мою модель, робот! — проговорил Таккер. — Я атакую тебя этим металлическим предметом. Твои действия?
— Недостаточно информации о ситуации.
Таккеру показалось, что робот его дразнит. Но эта мысль потухла вместе со взором напавшего на робота Таккера. Тебетис не стал его убивать, просто больно ударил в голову. Но одно непонятно было роботу: зачем человек пожертвовал своим здоровьем? Что мешало де Габояни подключиться к терминалу и смоделировать ситуацию виртуально?
Потому что не бывает виртуальной жизни.
Таккер зашел в кабинет не стучась — к чему формальности между в сущности уже бывшими работниками.
— С Тебетисом болтал? — спросил Громов, не отрываясь от «Зеркала жизни». Фингал и то, как Таккер его заработал, профессор видел по записи с камеры.
— Умный, — протянул Таккер, садясь в кресло в углу, — если не обманывает — все настроено верно.
— У нас есть основания ему не верить? — спросил Громов.
— Я не верю многим людям. Он слишком похож на нас, — ответил Таккер.
— Программы Стрельцова тоже не лишены человечности, собственно, он к этому и стремится. Но им-то ты веришь.
— Костя, мы создали самого большого эгоиста в мире! — закричал Таккер.
— Нет, доцент Таккер де Габояни, — жестко сказал Громов. — Мы создали самого большого индивидуалиста в мире. Индивидуальность — признак личности.
— Да он нас всех поубивает, если ему в лаборатории сидеть надоест. — Таккер только что признался себе, что боится Тебетиса.
— Не-ет, ему там интересно, — ответил Громов. — Я каждый час подгружаю в стационарный компьютер различную информацию.
— И что? — не понял Таккер.
— А то, что он сейчас занят обработкой и решением одной задачки.
— Какой? — спросил Таккер.
— А не воспользоваться ли дырой в защите сервера и не скачать ли всю инфу разом, — торжествующе ответил Громов.
— То есть вы его дразните? — уточнил Таккер.
— Именно!
— И как успехи?
— Пока держится, но вскоре он его взломает и найдет то самое письмо о запрещении ЕГО использования. Что вы сделаете, если узнаете о запрещении ВАС Таккер?
— Постараюсь предотвратить это, — ответил аспирант, смутно догадываясь, куда клонит профессор.
— Именно его руками мы заставим правительство разрешить использование Тебетиса.
— А если не удастся?
— В любом случае мы неплохо заработаем!
Тут компьютер запел мелодичным женским сопрано, сообщая о том, что атака была совершена.
Громов довольно ухмыльнулся…
Таккер стукнул в дверь.
— Кто там? — откликнулся Тебетис.
— Это я, Таккер де Габояни, — крикнул доцент, — открой дверь, я смарт-карту потерял.
Естественно, ничего он не терял, смарт-карта преспокойно лежала у него в кармане. Но робот этого не знал. Не мог знать. Зато знал, что идентификационный ключ один и без него дверь не открыть.
— Вы уверены, что не можете открыть дверь? — послышался раздраженный голос Тебетиса.
— Абсолютно, — разочарованно сказал Таккер.
— Тогда отойдите, — негромко произнес робот и с легкостью выломал дверь.
Таккер, ухмыляясь, прошел в лабораторию, а Тебетис, молниеносно дернув рукой, выудил смарт-карту у доцента из кармана.
— Вот, возьмите, — протянул карточку Тебетис.
— Она, собственно-, уже не понадобится, — заметил Таккер, кивком показывая на валяющуюся неподалеку дверь.
— Вы не доверяете мне?
Таккеру показалось, что робот немного расстроился.
— Мы продолжаем исследования, — сухо ответил Таккер. — И будем их продолжать, пока… Э-э… пока не закончим.
Тебетис как-то слишком по-человечески прищурился.
— Пока проект не закроют?
— Может быть.
— Я понимаю, — сказал Тебетис.
— Ладно, к делу, — встряхнулся Таккер, — твоя задача на этом диске, — он достал тоненькую монетку и покрутил в руках. На поверхности то и дело проскальзывали статические разряды. Убедившись, что достаточно зарядил диск, он скормил монетку роботу, словно игровому автомату в музее.
— Это все, — сказал Таккер и побрел к выходу. Что-то внутри него взбунтовалось. — Постарайся…
Робот кивнул.
Он понимал.
Таккер вернулся в кабинет профессора Громова. За время отсутствия изменилось разве что расположение самого профессора — он перекочевал за широкий стол и теперь смотрел на монитор перед собой.
— Что… — начал было Таккер, но Громов жестко приказал молчать и махнул рукой, мол, присоединяйся.
Габояни догадывался, что сейчас увидит. На монитор была выведена картинка с камеры наблюдения в лаборатории, в которой Тебетис с задумчивым видом сидел в кресле. А чуть ниже шли логи робота, которые красноречиво гласили — робот в сети.
— Это его первое посещение Интернета, — восхитился Громов, — интересно, за сколько он его освоит?
— За сколько чего? — ехидно спросил Таккер. — Долларов или евро?
Впрочем, он примерно представлял, СКОЛЬКО надо ТАКОМУ роботу, чтобы освоиться в Интернете.
— Я тебя умоляю, — улыбнулся Громов, — после того, как он ломанет Исследовательский центр, у нас на руках будет столько ценной информации, что Тебе-тиса можно будет просто продать китайцам. — Громов повернулся и с довольным видом уставился на Таккера. Тот хотел улыбнулся, но не смог. Ему стало нехорошо. И от взгляда Громова, и от мысли о предательстве. Он отвернулся.
И как не вовремя вспыхнул красный огонек в груди Тебетиса. И как не вовремя отвернулись наблюдатели. И как мог не обратить внимание Громов на мигающую лампочку веб-камеры. И почему система не предупредила о переписанных драйверах колонок, благодаря которым они превратились пусть в слабенький, но микрофон.
Все это случайные события для человека. Но для компьютерного разума совпадение — лишь частный случай закономерности.
— Что это он такое делает? — удивился Громов. Те-бетис уже час как освоился в Интернете.
— Флудит, — ответил Таккер.
— В смысле? — спросил Громов, не знакомый даже со столь древней терминологией.
— Ну, оставляет на форумах сообщения о готовящейся облаве на сервак НИЦа им. Лебедева. Вот только зачем он это делает?
— Насколько я знаю, — ухмыльнулся Громов, — Тебетис ничего просто так не делает.
А администраторы исследовательского центра заволновались. Шутка ли, весь Интернет полнится угрозами в их сторону. Неспроста! Да еще разработчик системы безопасности патчик новый скачать предлагает. Ну-ну. Глава безопасности бушует, а ничего админы не могут! Ни выследить источник сообщений, ни найти дыру в системе, ни сообразить, что лучше вбить ручками адресок, чем кликать по ссылке на сайт производителя. И не могут они отличить реальный сайт компании «UStechCOM» от его зеркала, немного кривого, если учесть, что предлагаемый патч вовсе не патч, а вирус. А вирус особый, разумный. Прямо из головы Тебетиса, а точнее, из модуля А. А проще — копия его нейронного мозга.
И не заметил ни антивирус, ни админы, ни профессор с аспирантом этой шутки Тебетиса. Ведь лишены роботы чувства юмора! Поглядывая в объектив камеры из туалета НИЦа им. Лебедева, Тебетис улыбался. Шутка ли, отключенная система самоочистки? Шутка, но жестокая.