Эдон ещё раз принюхался к омеге. Не хотелось бы ненароком подпортить омегу из стай тех оборотней, с которыми он сейчас с таким трудом наладил связи и контакт. Но чутьё его не подводило. Линда действительно чужачка на этих территориях. Да и Лекси её не признала. А это значит, что Линду можно забрать себе.
Линда вздрогнула, оказавшись придавленной к постели мощным телом Эдона. Его губы впились в её шею, целуя, прикусывая нежную кожу. Девушка не сомневалась, что очень скоро её тело покроется его отметинами. Иначе и быть не может. Берсерк пометит ту, которая отныне принадлежит ему.
Линда не пыталась сопротивляться. Принимала поцелуи Эдона и атаку его рук, властно исследовавших каждый изгиб её тела.
- А ты красивая, Омега. Гораздо красивее, чем я себе представлял, - произнёс, - твой запах меня с ума сводит, - он сильно сжал грудь Линды, но боли не причинял, - будешь покорной, Омега, я тебя не обижу.
Линда прикрыла глаза. И к чему он это говорит? Неужели думает, что такая хрупкая самочка способна оказывать сопротивление столь мощному самцу? Да хватит и одного его крепкого дара, чтобы дух из неё вышибить.
Эдона бесила её неотзывчивость. Она не хочет быть с ним. Но при этом лежит смиренно, покоряясь силе того, который отбил её у других самцов и заявил на неё собственные права.
Медленно провёл пальцем по скуле Линды, после прикоснулся к её губам, обводя полные контуры. Дождавшись, когда она приоткроет губы, Эдон впился в них своим ртом, яростно атакуя. Сразу же врываясь языком, агрессивно исследуя новую территорию, которую скоро полностью завоюет.
Омежка такая сладкая. Отрываться от неё совсем не хотелось. Сместил губы на её подбородок и ниже. Зацеловывая, облизывая и дурея от жара возбуждения, бешено заструившегося в его горячей крови, вознося адреналин до самой грани.
Линда чувствовала возбуждение берсерка. Его твёрдый член упирался в её бедро, пугая. Одно дело - соединиться с простым оборотнем, а другое - с берсерком. Он же просто убьёт её в порыве бешеной страсти. Он такой огромный для неё.
Несмотря на то, что его поцелуи были приятными, она не могла избавиться от страхов. Берсерк не дал ей и возможности, чтобы хоть как-то принять свою судьбу. Притащил в этот номер и тут же разложил под собой.
- Эдоон, - простонал, едва ли не всхлипывая.
Её стон не был пропитан нотками страсти, как хотелось бы Эдону. В голосе омежки отражался страх, в нём звенели отголоски едва сдерживаемых слёз, которые уже через мгновение показалась в её красивых глазах.
Эдон знал, что никакие его слова сейчас не смогут её успокоить. Не стоит даже тратить на это время. Он сделает то, чего хочет всё его существо. Внутренний зверь уже утробно рычал, требуя полностью присвоить самку себе. И он не намерен был отказывать ни себе, ни ему в желаемом.
Яростно принялся покрывать поцелуями всё тело Линды, приводя её в шок своими слишком откровенными и интимными поцелуями. В какой-то момент Линда даже смогла расслабиться, утопая в удовольствии от его действий. Но после едва ли не задохнулась от боли, когда его член ворвался в неё, лишая невинности. Он такой огромный. Ей показалось, что не сможет выдержать этой пытки.
Эдон толкнулся в неё до конца и замер, надеясь, что она перестанет паниковать и привыкнет к нему. Хотя сдерживаться было почти невыносимо. Она такая узкая, горячая и сладкая. Но ей необходимо хоть несколько секунд, чтобы прийти в себя и побороть боль.
А ей действительно больно, он чувствовал. Видел по её реакции. Линда до крови прокусила нижнюю губы и закрыла глаза, но слёзы всё равно потекли по её щекам из-под закрытых век. Ей казалось, что берсерк её сейчас на части разорвёт.
Эдон лизнул кровь, тонкой струйкой стекающей по её подбородку, а после зализал ранку на губе. Линда чаще задышала, когда Эдон губами принялся собирать слезинки с её щёк.
- Расслабься, Линда. Ты так напряжена.
Она лишь отвернулась от него. Берсерк явно ненормальный, если думает, что она способна расслабиться в такой ситуации.
= 8 =
Линда приоткрыла глаза, пытаясь справиться с болью. Сейчас даже была рада той секундной передышке, которую Эдон ей дал. Замер в ней. Не спешил грубо брать или резко таранить.