Я повернулась к маме.
— У вас какой-то праздник?
Мама заломила руки и с сожалением на меня посмотрела.
— Эма, присядь.
Я выполнила её просьбу и села в кресло у окна, а мама стала расхаживать взад вперёд, явно пытаясь придумать, как рассказать какую-то важную новость.
— Для начала я тебя прошу, притворись, что ты ещё не приехала.
Её просьба меня сначала удивила, а потом обидела.
— Почему?
— Эма, детка, твой Теди сегодня сделал предложение Марго. У нас помолвка. Они собираются пожениться до зимы.
Хорошо, что я сидела. Мой потенциальный жених решил взять в жены мою младшую сестру. Как он мог?! Этот вопрос я, кажется, задала вслух, потому что мама принялась на него отвечать.
— Его мать была категорически против твоей кандидатуры. Ты ведь понимаешь, твой нестабильный дар может привести к трагедии… Я пыталась её успокоить, ведь моя дочь закончила Академию магии! Это о многом говорит, — в голосе мамы слышалась непомерная гордость, — но Энн даже слушать не стала. Она, как и я, хочет связать наших детей союзом. Но ты им не подходишь.
— А Марго, значит, подходит? И она согласна?
Мама сделала виноватый вид. Снова зашагала из угла в угол, а потом, не особо пытаясь смягчить ситуацию, сказала:
— Она, оказывается, была влюблена в Теда с детства. Ох, Эма, мне так жаль. Моя милая, красивая девочка, я найду тебе самого лучшего жениха во всём Ноксфорде!
Я прикрыла глаза рукой. Самым лучшим был Тед. Лично для меня. Спокойный, ответственный, симпатичный парень. Служил в храме.
— Спасибо, мама, но пока не надо никаких женихов. Дай мне пережить это разочарование. Для нового я пока недостаточно созрела. Иди, гости тебя заждались. А я буду сидеть тихо как мышка. Обещаю.
Мама ласково погладила меня по голове.
— Я прикажу принести тебе ужин, детка.
— Не стоит. Я не хочу есть.
Мама явно меня очень жалела, но обстоятельства сложились не в мою пользу. И все смирились с создавшимся положением вещей. Словно так и надо было.
Я сильная и даже не буду плакать. Наверное.
Или буду.
— Хорошо, дорогая. Я попрошу принести тебе чай.
Мама развернулась и тихо вышла, оставив меня наедине с горьким и жестоким разочарованием.
Я некоторое время сидела, оцепенев и уставившись в одну точку. В ушах звенело, и сквозь этот звон пробивался шум веселья и поздравлений.
Обычно я любила уединяться в своей комнате. Могла сидеть тут целыми днями, читая, готовясь к экзаменам или просто склонившись над вышивкой. Меня никогда не угнетали стены, оклеенные обоями в мелкий цветочек.
До этого дня.
Сейчас я чувствовала себя узницей, которую насильно заперли в четырёх стенах. Во мне медленно и верно закипали разные мысли и эмоции. Хотелось разгромить всё вокруг, а потом спуститься, залепить Теду звонкую оплеуху и закатить скандал. В общем, испортить всем праздник!
Я вскочила и прошлась по комнате. Энергия негодования просто бурлила во мне. Это ведь настоящее предательство! Меня предали все, кто только мог. Я подошла к окну и распахнула створки, впустив в комнату свежий воздух. Оперлась руками о подоконник и подставила лицо сырому сквозняку.
Тёмная магия бурлила в недрах моей души. Она рвалась наружу, чтобы оставить метки проклятия на всех моих врагах, собравшихся внизу. Хоть они по-настоящему таковыми не были.
Я очень быстро замёрзла и захлопнула окно.
Решив, что можно себя расслабить банными процедурами, я подошла к своему платяному шкафу. На его дверцах были зеркала.
Я в ужасе уставилась на свои глаза. Она обычно ярко-голубые, но сейчас были совершенно чёрными и какими-то чужими. Я закрыла глаза и прошептала:
— Надо успокоиться. Натворишь бед и будешь жалеть всю жизнь.
Мой голос в пустой комнате немного отрезвил меня.
Я стала искать свою непристойную, по мнению мамы и сестёр, сорочку. Она была короткая и на тонких бретельках. Я же просто не могла спать в местных длинных и неудобных ночнушках, подол которых скручивался у талии во время сна. А ещё в ней можно было замотаться и запутаться. Не люблю такой дискомфорт.
Выудив ещё и длинный, тёплый халат и полотенце, я собралась идти в ванную, которая, к счастью, находилась на втором этаже.
Внезапно кто-то вежливо постучался в дверь. Я рывком распахнула её и уставилась на Теда. Он был такой же аккуратный и холёный, как и полгода назад, когда я приезжала домой на сдвоенные выходные.
— Эма…Я могу войти?
Так захотелось его проклясть, что прямо сил не было. Еле сдержалась. Моё проклятье будет для него смертельным.
— Нет.
Тед виновато на меня смотрел карими щенячьими глазами.
— Я случайно узнал, что ты приехала. Услышал, как твою мать позвала служанка…