Когда-то наш отец тоже был рыжим. Но сейчас седина немного отбелила буйные кудри.
Последней была моя старшая сестра Эдит. Она унаследовала от родителей буйный цвет волос, но нрав у неё был сдержанный. Даже холодный.
— Рада, что ты вернулась, Эма. Я заходила к тебе ночью, но ты уже спала.
Эдит проговорила всё это без тени улыбки. Она определённо была чем-то недовольна. Но, скорее всего, сестра не станет пояснять причины своего плохого настроения.
— Я тоже рада, что наконец-то дома. Как у вас всех дела?
Отец смущённо прокашлялся. Марго снова заёрзала на стуле. Эдит скрестила руки на груди и приготовилась слушать, какие новости будут мне рассказывать домочадцы.
— У нас всё нормально. Эма, детка, лучше ты расскажи, как прошёл твой новый рабочий день? — мама ловко дала право слова мне. — И пожалуйста, поешь. Мы так старались.
Я взялась за ложку.
— Всё выглядит очень аппетитно. Спасибо! Я устроилась медсестрой. Доктор Корнелиус Фогг - очень хороший специалист. Мы упокоили кучу умертвий.
Я замолчала, потому что хотелось насладиться очень вкусным ужином. Суп был просто восхитительный. Даже не сразу заметила, как над столом повисла ошарашенная тишина. Все замерли, глядя на меня.
— Что вы сделали? Я думал, что доктор Фогг не имеет отношения к тёмным искусствам. И откуда в нашем городе умертвия?!
Я пожала плечами.
— В госпиталь свезли… Я не знаю, откуда они. В Ноксфорд из-за этого определили нового инквизитора.
Мама тут же оживилась и, расширив глаза начала меня, расспрашивать, чтобы проверить сплетни, которые уже витали над загадочным специалистом из столицы.
— Ты его видела? Его зовут Мартимор Хоган?
— Маркус, — поправила я.
— Говорят, что он молод, красив и не женат.
Мама вопросительно посмотрела.
— Я не знаю, сколько ему лет и женат ли он, — зачем-то показала я свою мнимую неосведомлённость.
— Анжела Смит отправила ему приглашение на ужин, — родительница недовольно поджала губы. — Её дочери едва исполнилось восемнадцать лет! Это будет ужасно, если она выйдет замуж раньше, чем мои девочки. Эдит, Эма, мы должны ближе познакомиться с этим человеком.
Мама явно вознамерилась портить мне аппетит. Эдит тоже не понравилась эта идея.
— Я сегодня с ним работала полдня. И завтра тоже буду работать. Ничего интересного. Он мне не понравился.
Мама шикнула на меня.
— Если будешь так разборчива, то останешься старой девой. Совсем как Эдит. Да ещё и с твоей магией…
Сестра особенно громко стукнула ложкой по тарелке и сердито посмотрела на маму.
— Мне и без мужа хорошо живётся. Мама, ты сейчас серьёзно хочешь свести Эму с инквизитором?! Ты помнишь о том, какие проблемы у неё были с даром?
— Но сейчас их больше нет. Она спокойно может выйти за инквизитора.
Я прикусила губу. У настоящей Эмы так бы и осталась тёмная сторона магии. Я оказалась со светлой и до сих пор успешно подавляла тьму в себе.
— Или же ты, Эдит. Ты вполне можешь ему понравиться. Зачем состоявшемуся взрослому человеку восемнадцатилетняя глупая девочка?
— Я не буду бегать за мужчинами, — отрезала Эдит. — Простите, но мне надо проверить тетради своих учеников. Ещё поболтаем, Эма.
Эдит встала и ушла, недоев свой ужин.
— Она опять притащила работу на дом, — поморщилась мама. — Я её предупреждала, что учитель — это профессия старых дев.
— Медсестра, наверное, тоже, — сказала я. — Не переживай. Мы с Эдит встретим свою старость вместе и будем иногда нянчить племянников.
Марго судорожно вздохнула. Мне уже становилось её жалко.
— Вы не познаёте радости материнства! Дорогой, скажите этой девочке, что она говорит глупости.
Папа, читавший всё это время вечерние новости, встрепенулся и уставился на нас.
— Не дерзите матери, — строго сказал он и, снова сосредоточившись, вчитался в мелкие газетные строки.
— Я приглашу господина инквизитора к нам на обед, — сказала мама упрямо.
Я тяжело вздохнула. Нет мне покоя от этого несносного человека даже в стенах родного дома.
После ужина я заставила себя ещё немного поработать. Села, развернула свой блокнот и решила наметить план. Всё же, если мне придётся работать на двух начальников одновременно, то придётся как-то выкручиваться.
Первое, что я решила организовать, так это расписание. Надо будет спросить у господина инквизитора, в какое время он решил обслуживать свою нечисть.
Я записала это, и на мгновение задумалась. Как так получилось, что в спокойном, как тихое болото Ноксфорде вдруг завёлся поклонник тёмных искусств. И зачем ему это?
У нарушителя, наверное, какое-то психическое расстройство. Ну кто в здравом уме будет создавать нежить? Тем более такую нежизнеспособную.