Мне придётся перескакивать через проём между ними?!
Мужчины уже стояли на переходной площадке соседнего вагона.
Мой попутчик обернулся ко мне, почувствовал, наверное, что моя рука, находившаяся в плену его широкой ладони, мелко задрожала.
— Я вас держу.
— Меня это не радует.
— Не смотрите под ноги. Просто перешагните, и всё. Тут небольшое расстояние.
Я кивнула. Перешагнуть на трясущихся ногах на соседнюю подвижную платформу было страшно. Медлить не стала, чтобы не запаниковать окончательно. Кто-то из пассажиров ждёт лекаря, а мой попутчик мокнет под холодным осенним дождём в одной рубашке. Шагнула сразу же вслед за ненавистным магом.
Оказавшись в вагоне второго класса, я нервно спросила:
— Сколько нам ещё вагонов надо пройти?
— Мы почти на месте.
Тут я и услышала просто нечеловеческие завывания, исходящие из недр вагона. Теперь уже я вцепилась в сильное предплечье мага и даже инстинктивно прижалась к нему.
За закрытыми дверями купе тихо сидели напуганные пассажиры. Проходя мимо них, я слышала напряжённый шёпот и шорохи. Мы дошли почти до конца.
— Это здесь.
Проводник показал на дверь и отошёл подальше в коридор. Было понятно, что заходить он не будет, так как там и не протолкнуться. Пожилой мужчина встал рядом с проводником.
— Спасите его. Он единственный сын у матери, — жалобно попросил он.
Маг открыл дверь. И, прежде чем зайти, скомандовал:
— Выйдите все.
Оказалось, что кроме парня, издававшего страшные звуки, в купе находились двое рослых мужчин, которые связали и сторожили несчастного.
Они протискивались мимо проводника, но заходить в свои купе не спешили.
— Как вас зовут, кстати? —обратился ко мне маг.
— Меня? Эма.
— Маркус, — бросил он через плечо и зашёл внутрь.
— Очень приятно, — как-то неловко пробормотала я ему в спину.
Это было самое нелепое знакомство в моей жизни
— Вы ещё долго будете топтаться снаружи? — послышалось недовольное и нетерпеливое ворчание.
Я перестала, как он сказал, топтаться и зашла в тесное помещение. Наш пациент лежал на лавке, которая была обита простым зелёным сукном.
— Приступим. Эма! Закройте дверь.
Вежливость моему спутнику явно не была свойственна.
Я послушно закрыла дверь, отрезав нас от любопытных зевак.
Парень был бледен. Лоб его покрывала испарина, а на разбитой губе запеклась кровь. Он таращил на мага совершенно безумные глаза.
Маркус положил на лоб изворачивающегося парня ладонь. Тот попытался укусить мага, а затем посмотрел на меня и хрипло, даже истерично рассмеялся.
— Сестра милосердия пришла.
Купе затрясло от страшного хохота.
Я прикусила губу, ожидая новых указаний.
— Эма, дай мне рефлексор!
— Что?
— У меня в кармане металлическая штука, похожая на пудреницу.
Свободную руку он протянул мне и ещё пальцами прищёлкнул. Я полезла в чужой карман. Пиджак всё ещё был на мне, поэтому рыться в нём было удобно. В принципе там только этот самый рефлексор и обнаружился. Маленькая серебристая коробочка действительно была похожа на пудреницу, но чуть больше по размеру.
— Теперь открой его.
И раскрывалась она, как пудреница. Внутри на одной створке оказалось зеркало, а на другой я заметила символы изгнания.
Торопливо передала магу его артефакт, словно он меня обжигал.
Зеркальце тут же стало матовым. Я смотрела то, как Маркус присел на корточки и поднял зеркальце над лицом нашего “пациента” и посмотрел на то, что там отражалось. Стало любопытно, что там видно магу.
— Эма…
— Что?
— Надо, чтобы вы подпитали парня силой, когда я вытяну из него эту гадость. У него может остановиться сердце. Понятно?
— Да.
— Изгони сначала эту девицу, каратель! — хрипло и глумливо предложил парень.
У меня от его слов ёкнуло сердце. Очень может быть, что он чувствует мою инородность как никто другой. Бросила быстрый взгляд на мага.
Маркус сосредоточенно нахмурился, глядя на искажённое злобой лицо, и выглядел так, словно не обратил на странное предложение никого внимания.
Глаза нашего пациента лихорадочно бегали, а пальцы впились в обивку сиденья. Он пытался отодвинуться от Маркуса и даже утробно рычал на него. Я осторожно положила руку на оголившуюся кожу его ноги, которая выглядывала в прорехе между брючиной и носком.
- Держись, мы тебе поможем, - тихо произнесла я, скорее из-за привычки, чем от доброты душевной. Я впервые видела такое и была в ужасе.
Собравшись с силами, сконцентрировала на кончиках пальцев целительную магию.
Зеркальце в руках Маркуса слабо замерцало, готовое к работе.
- Смотри на себя, - приказал он несчастному. - И не отводи взгляда.