– Я никогда не был женат, – отрезал он, скрестив руки на груди и победно усмехнувшись. Даже на кровати сел прямо. – У меня действительно была любимая девушка по имени Алена. Но мы не были женаты! И больше Алены нет.
– Я здесь. – Женщина протянула к нему руку, словно хотела коснуться, но в последний момент остановилась и медленно вернула ее обратно, на колени. – И у нас была свадьба. Мы женаты уже много лет. И у нас двое детей. Они…
– Хватит! – зло крикнул Олег, заставив ее испуганно замолкнуть на полуслове. – Зачем?! Зачем вы сюда пришли?! Чтобы мучить меня?! Кто вас послал?! Я вас не знаю! Не надо выдавать себя за Алену! Ее больше нет! Нет ее! Нет ее! Ее больше нет! Слышите? Нет ее. Нет ее. Ее больше нет. Нет ее…
– Олег…
– Все! – Он отвернулся к стене, обняв себя руками, и принялся тихонько раскачиваться из стороны в сторону. – Уходите. Ее больше нет. Вот и вы не приходите. Нет ее больше. И вы не приходите. Нет ее…
Под его бормотание женщина тяжело вздохнула и встала со стула. В этот момент предательская восьмая лампа в очередной раз мигнула, и вместе с ней мигнул весь мир.
– Постойте, – обратился Олег, повернувшись обратно, когда она уже взяла пальто. – Вы же сейчас будете встречаться с врачом? Не помню, как его зовут. Низенький такой, пузатый, смешной. Можете передать ему мою просьбу?
– Какую? – В темных глазах женщины вспыхнули крохотные искры надежды.
– Попросите его заменить лампу, она все время моргает.
– Да? – Женщина удивилась, но быстро взяла себя в руки. – Хорошо, я попрошу. Еще что-нибудь надо?
– Да, если можете, попросите его отселить меня в одноместную палату. А то этот, – он сделал кивок в сторону Михи, молча читавшего все это время свою книгу, – уже совсем достал.
Женщина посмотрела в ту сторону, куда он кивнул. Ее взгляд наполнился болью и горечью.
– Хорошо, как скажешь, – ответила она тихо. – Еще что-нибудь?
– Нет, это все. Теперь идите.
Олег снова отвернулся к стене, продолжая неразборчиво бубнить себе под нос.
– Я буду ждать твоего выздоровления. Сколько потребуется, – произнесла она на прощание. – До свидания. Я скоро приеду.
Олег не ответил.
Алена вышла из палаты.
Она проследовала вдоль вереницы дверей прямо по коридору, подошла к дежурному, дождалась, пока тот откроет тяжелую кованую решетку на выходе из отделения, и поднялась этажом выше. Свернула направо, прошла еще несколько метров и постучала в дверь.
– Открыто, входите! – раздался сухой старческий голос.
– Здравствуйте, Сергей Валерьевич. – Алена вошла в кабинет главного врача и села напротив полного старика с абсолютно белыми волосами, поеденными лысиной, аккуратными усами и узкой бородкой-клинышком.
– Здравствуйте, Алена, – поприветствовал он посетительницу, взглянув на нее поверх толстенных очков. – Вы пришли проведать Олега?
– Я только что от него, – отозвалась она и, не сдержавшись, расплакалась, закусив стиснутый кулак. Скопившееся напряжение все-таки прорвалось наружу. Пусть встреча с Олегом заняла не больше пяти минут, но выжала все силы без остатка.
– Ну будет, голубушка… – Доктор встал из-за стола, подошел ближе, заботливо подвинул Алене коробку с бумажными салфетками и отработанным, привычным жестом утешающе погладил ее по плечу. – Ну что вы в самом деле? Не первый же раз!
– Знаю... – Она попыталась взять себя в руки, торопливо вытирая глаза. На салфетках оставались мокрые черные разводы от слез и потекшей туши. Алене было все равно. – Но я надеялась, что хотя бы в этот раз… Что он, может, меня узнает…
– Я же предупреждал вас, дорогая моя! – Доктор тяжело вздохнул, снял свои толстые очки, достал из кармана халата замшевую салфетку и принялся тщательно протирать стекла. – Улучшения в состоянии Олега на данный момент слишком незначительны.
Услышав эти слова, Алена снова судорожно всхлипнула.
– Но вы говорили, что динамика положительная?
– Верно. Незначительные улучшения – это уже динамика. Мы работаем с Олегом. Но ему нужно время, поймите. – Задумавшись, доктор перевернул стоявшие на столе песочные часики, и взгляд Алены невольно зацепился за пересыпающийся песок. – Сейчас Олег застрял в своем прошлом. В том прошлом, которое крепко засело в его сознании. Вы сами говорили, что у него всегда было очень живое воображение. Сейчас оно играет против нас. Оно подкидывает ему один вариант реальности за другим. А мы их разбиваем, раз за разом пытаясь вернуть его в действительность. Это не поединок до нокаута. Это битва на истощение, поймите. Когда-нибудь он устанет бороться – тогда мы сможем его вытащить.