Сбоку донесся возглас мальчишки, он ходил с целым лотком вкусных ароматных булочек и зазывал их купить. Не то чтобы я чувствовала их аромат на расстоянии, но выглядели они сносно. Почему бы не переключить на них внимание и не отвлечься, фантазируя о пряном, сладком запахе корицы, джема и свежего хлеба?
— Все хорошо? — вывернув из-за угла, подскочил Дин и приподнялся на задних лапках.
— Да, жива, — фыркнула я и шутливо поклонилась, будто актриса на сцене. Голова уже не кружилась, а на улице становилось все лучше. Правда вот что выбрать: пройтись до дома пешком, что займет часа полтора или же просто смириться и выкинуть наряд? Был шанс, что формалин выветрится на ветру. Хоть частично. Это платье мне нравилось.
— От вас так несет, — скривился мой фамильяр. Хотел подойти ближе, но передумал и забрался на закрытый металлический бак для отходов, стоявший прямо возле двери в больницу. — Хорошо, что не пошел.
— Да-а, — кивнула я, вспоминая, почему, собственно, хотела повысить цену.
— Я услышу то, за что плачу? — подал голос Майкл, выпуская облако дыма.
Прекрасно, что не в меня, а то расстался бы с еще несколькими монетами. А впрочем…
Уставилась на горящий фитиль, произнесла про себя заклятие и тот потух. Совсем как у меня дома. Нашел, где разбрасывать окурки!
— Я не работаю с подростками, — отчеканила я и подошла ближе, уже не боясь попасть под удушающее облако.
— Он подкинул тебе подр-ростка? — моргнул Дин и зло прищурился, в его голосе послышалось рычание, а шерсть на холке будто приподнялась.
Да, это наша больная тема.
— Джойс, он уже взрослый мальчик, — начал было Майкл, но я перебила.
— Семьсот кронтов, и я так уж быть закрою глаза на твое упущение. Могла просто развернуться и уйти еще перед телом, но я ведь очень ответственный работник, — я наигранно печально вздохнула, положив ладонь на грудь. — Иначе несчастный хитрый катт останется с носом. Какая жалость.
— Пес с тобой, — сквозь зубы проговорил Майкл, признавая ошибку. — Шантажистка, каких поискать.
— Ну, что ты? Я ведь само обаяние, — я довольно улыбнулась и посмотрела на Дина, отрешенно уставившегося на дверь больницы, оттуда как раз вышла пожилая пара, но он будто смотрел сквозь них и даже не заметил — так глубоко погрузился в воспоминания.
Когда снова посмотрела в медовые, с золотистыми искорками глаза катта, моя улыбка уже пропала.
— Парень подрался с другом незадолго до смерти. Я видела, как тот ударил нашу жертву по лицу и ребрам — полагаю, отсюда и гематома. Потом убитый начал угрожать бывшему дружку расправой от папы, а дальше… — я качнула головой. — Дальше ничего. Думаю, это все. Имя друга он не назвал, и я его не разглядела, слишком много теней, но тот упомянул, что долгое время не видел его в университете, потому, полагаю, стоит начать с одногруппников. Еще упоминалась некая Сабрина, его девушка, но… — я передернула плечами. — Он был таким хамом, что она ушла от него к другу. Поэтому они поссорились. Ах, и еще этот неизвестный друг упоминал насилие в отношении Сабрины. Мне омерзительно это дело, — призналась я, — не испытываю к жертве никакого сострадания. Даже не хочется искать убийцу.
— Он нарушил закон, — качнул головой Майкл, — если его не наказать, он сделает это снова, почувствовав безнаказанность, — детектив выкинул бесполезную рядом со мной сигарету и засунул руки в карманы брюк. Смирился?
Я опустила глаза на носки туфель, размышляя об его словах. Как ни прискорбно было признавать, но, наверное, он прав, несмотря на то что меня воротило от парней вроде убитого.
— Что-то еще? — уточнил Майкл.
— Нет, — качнула я головой.
— Поразительно быстрые семьсот кронтов, — хмыкнул он.
— Ты просил обычную трансмиграцию, ее и получил, — вскинула я взгляд, разозлившись от такой неблагодарности. — Тем более, ты видел, что я истощена, с моей стороны все было прозрачно. Пара последних минут жизни, вот зачем ты меня вызвал. Я справилась на отлично, — задрала я подбородок.
— Кис-са еще и неблагодар-рная… — протянул тихо Дин у меня за спиной.