— Ты знаешь, Полина, я тут недавно задумался о том, что любовь и работа - вещи, которые часто противопоставляют, - начал Алексей, а я подозрительно на него покосилась, - Но ведь мы проводим столько времени здесь, в бюро. Неужели можно полностью изолировать эти две сферы жизни?
Я растерянно пожала плечами. Сейчас я не была готова в подобному диалогу, а потому не сразу нашла, что ответить.
— Зависит от того, как ты это воспринимаешь, - ответила я после паузы, - Одни говорят, что служебные романы — это риск для репутации, конфликты, недоразумения. А другие уверены, что в рабочей среде легче найти человека, который тебя действительно поймет. Мы ведь видим друг друга в стрессовых ситуациях, знаем, кто на что способен. Это, наверное, даже больше, чем просто свидания за ужином.
Алексей улыбнулся.
— Ты права. Но не кажется ли тебе, что это может быть опасно? Представь: отношения начинают влиять на работу, ты теряешь профессиональную дистанцию... Как потом сохранить объективность?
Я улыбнулась в ответ.
— Громов… Конечно, это сложный момент. Особенно если у вас разные позиции в компании. Представь, что кто-то из пары — руководитель, а другой — подчиненный. Тут точно не избежать слухов. Но я всё равно думаю, что если чувства настоящие, то это стоит риска. Правда, если вспомнить, что случилось с Еленой…
Алексей наклонился чуть ближе, его голос стал мягче:
— А ты сама? Ты бы смогла? Позволила себе такие чувства на работе?
Я вздохнула. Мне показалось, что этот вопрос задел меня.
— Если честно... Не знаю. Иногда кажется, что роман на работе — это катастрофа, которую лучше предотвратить. А иногда думаю, что если это тот самый человек, то почему нет?
Мы на несколько секунд замолчали. Между нами повисло напряжённое молчание, но оно не было неловким. Скорее, в воздухе витало что-то невысказанное. Я откинулась на спинку кресла.
— Но знаешь, Полина, - Алексей нарушил тишину, - в жизни ведь главное — честность с самим собой. Если чувствуешь что-то по-настоящему, разве можно это игнорировать, только потому что это "неудобно"?
Мне показалось, что в его словах была не только общая мысль, но и что-то личное. Я с интересом посмотрела на Громова и ощутила, что моё сердце забилось быстрее.
— Ты прав, Громов, - сказала я тихо, - Любовь — это всегда риск. Но без неё жить... пусто.
Мы снова замолчали, но теперь молчание было другим — наполненным пониманием и взаимным согласием. И как интересно подвернулся кейс с Еленой и её недоделанным Павлом! И как невовремя… Хотя, быть может, Громов и не чувствует того, что это знак судьбы. Знак, что нам стоит отдалиться. Но я не могла отказать себе во флирте, тем более с таким обаятельным мужчиной.
— Что думаешь делать дальше?
Я покосилась на ноутбук.
— Хочу проверить офшоры, счета, на которые переводились деньги.
— Они на её имя, смотреть там уже нечего.
Я медленно кивнула головой и, задумавшись, достала из сумочки паспорт, протянув его Громову.
— Открой на мое имя счет.
Алексей, с улыбкой взяв документ, задал вопрос:
— Ты же в курсе, что при открытии потребуется твое присутствие?
И, осознав сказанное, протянул:
— Присутствие… Она отрицает собственное участие, верно?
Я снова кивнула.
— Более того, она считает, что её подставили. Я хочу запросить запись с камер видеонаблюдения, глянуть, что было в тот день, когда был открыт первый счет.
Громов протянул паспорт обратно, и я, приняв его из его руки, сунула документ обратно в сумку.
— Хорошо. Но как ты это сделаешь?
— У меня есть вечные должники. Они и вытянут для меня информацию, - я улыбнулась, открывая нужные мне сайты.
Алексей задумчиво потер подбородок.
— Хорошо. Не буду отвлекать.
Я благодарно улыбнулась.
— Хорошего вечера, Алексей.
Тот, встав из кресла, задержал на мне взгляд, а потом произнес:
— Не прощаемся.
Я помахала ему рукой. Елена, Елена… продолжим наше шпионское расследование. Я ещё раз взглянула на поддельные счета, через которые, по словам следствия, были переведены украденные деньги. На первый взгляд всё выглядело идеально: даты, суммы, подписи - всё совпадало. Но я уже поняла, что всё это - искусно проделанная работа. Елена не могла организовать такую сложную схему. Или могла? Я снова задумчиво покосилась в сторону двери, вспоминая испуганный вид нашей «потерпевшей». Хотя, может, я поторопилась с выводами и никакая она не потерпевшая? Стоит ли допросить её получше или выкопать могилу своими ручками?