— Мы что, в «Сумерках»? – тихо спросила я, нажимая на кнопку вызова лифта.
Лифт же откликнулся сразу и приветливо открыл перед нами свои двери. К нашему несчастью, там уже стояли Ковалевский и Соколов. Второй удивленно вытянул лицо, а потом, осознав, что на мне та же одежда, что была вчера, деланно вздохнул.
— Ого, вот это утро! – воскликнул Соколов, хитро прищурившись.
Мы вошли в лифт, становясь рядом с тихо посмеивающейся парочкой. Я закатила глаза.
— Вы не выходите? – будничным тоном спросил Громов, на что коллеги быстро помотали головой.
— Нет-нет. Мы с вами. Наверх, - обаятельно улыбнулся Соколов, показывая пальцем вверх.
Я вздохнула и нажала кнопку восьмого этажа. Лифт загудел, закрыл двери и поехал. Ковалевский скрестил руки на груди и усмехнулся:
— Ну, ну, так и знали, что вы в какой-то момент придёте вместе.
— Никаких комментариев, - без лишних эмоций сказала я, сторонясь Громова.
Тот же, увидев, что я медленно отодвигаюсь в другую сторону, шагнул ко мне еще ближе.
— А комментарии и не нужны, - Ковалевский переглянулся с Соколовым.
— Громов, как ощущения? - усмехнулся Соколов.
Алексей, стоя рядом со мной, развёл руками:
— Ощущения? Интересные. Например, узнал, что из кровати можно выпасть не только случайно, но и намеренно.
Ковалевский с Соколовым дружно рассмеялись.
Я закатила глаза.
— Не выпал, а был вытолкнут, - уточнила я.
— О, вот оно как! - кивнул Ковалевский, - Значит, у вас в отношениях строгий режим.
— Полина всегда знает, что делает, - без тени обиды подтвердил Громов.
Я тяжело выдохнула, отсчитывая этажи. Когда двери лифта открылись, я пулей вылетела первой, даже не собираясь вникать в их разговор.
— Разговор окончен, господа, у нас работа, - бросила я через плечо.
Алексей усмехнулся.
— А она мне нравится, - заметил Соколов.
— Мне тоже, - с улыбкой ответил Громов и повернул по направлению к своему кабинету.
Быстро войдя к себе, захлопнула за собой дверь и отметила, что ситуация повторяется. Как же быстро Громов пробрался мне в голову. Я работаю в бюро всего ничего, но он медленно и так красиво вошел в мою жизнь, что я даже не пыталась отрефлексировать на эту тему и вообще задуматься о том, куда текут наши отношения. Надеюсь, не в трубу.
Хмыкнув, я сбросила с себя плащ, положила сумку на стол и тут же включила компьютер. Сегодня я собиралась снова просмотреть все документы по делу Елены, особенно связанные со счетами, через которые проходили деньги. Я открыла файлы, которые мне передал один небезызвестный друг, и начала методично изучать данные. Когда мой взгляд наткнулся на графу «Заявитель об открытии счета», сердце забилось быстрее.
«Павел С.»
Я победно воскликнула. Мгновенно схватив телефон, я написала сообщение знакомому из одних структур, с которым уже общалась по этому делу:
«Привет, нужна твоя помощь. Ты можешь посмотреть записи с камер в банке, когда открывали счёт на Елену? Желательно, чтобы было указано время и было хорошо различимо лицо.»
Я отправила сообщение и, не дождавшись ответа, продолжила рассматривать документы.
Через несколько минут телефон завибрировал.
«Привет. Запрос отправил, но это небыстро. Придётся подождать.»
Я выдохнула. Я привыкла к бюрократии, но терпеть её не могла.
«А если не официально?»
«Не официально – не приплетешь в суде. Жди.»
Откинувшись на спинку кресла, я постучала пальцами по столу, обдумывая ситуацию. Если на видео будет лицо не Елены, то дело принимало другой оборот и теперь мы все были в выигрыше. Хоть бы запись с камер не уплыла!
К обеду я так увлеклась работой, что даже не заметила, как за окном сменилось утреннее солнце на дневное. Я анализировала документы, делала пометки, перечитывала выписки и снова возвращалась к уже изученным данным, пытаясь уловить хоть какую-то закономерность. Всё указывало на Павла. Я молча радовалась. Ай да я, ай да молодец! Скоро кто-то у нас сядет и далеко не на лавку.