Я встала, поправила свои документы и, взглянув на свою клиентку, тихо, но уверенно произнесла:
— Ваша честь, я буду оспаривать обвинения и настаиваю на полной невиновности моей клиентки, Елены Сергеевны. Мы предоставим нашу позицию в ходе разбирательства.
Мой взгляд встретился с глазами Павла. Это была только первая стадия, и я была готова бороться за свою клиентку до конца.
Я сделала несколько шагов вперед, собираясь с мыслями.
— Ваша честь, уважаемый суд, - начала я, - Мы, конечно же, понимаем, что обвинение построено на показаниях потерпевших и некоторых документах, однако давайте посмотрим на ситуацию с другой стороны. Это не просто дело о мошенничестве, это история о недоразумениях, ошибках и недоработках. Я предлагаю взглянуть на факты, а не на домыслы.
Я сделала паузу, давая себе возможность прочувствовать атмосферу зала, и продолжила:
— Во-первых, обвинение основывается на так называемых «финансовых документах», которые якобы подтверждают, что моя клиентка извлекала выгоду от деятельности, в которой она, на самом деле, не принимала участия. Как показывает следствие, эти документы были неправомерно интерпретированы и не могут служить доказательствами, указывающими на её виновность.
Я повернулась к судье и сделала жест в сторону прокурора.
— Мы слышали от обвинения, что свидетельства потерпевших также указывают на Елену как на организатора схемы. Однако, уважаемый суд, стоит обратить внимание на поддельные счета, а также выслушать наших свидетелей, кои имеют совершенно отличительное мнение от стороны обвинения.
Я вновь перевела взгляд на судью и продолжила:
— Во-вторых, что касается банковских переводов и других финансовых документов, то важно учитывать, что эти переводы могут быть результатом действий третьих лиц, которые использовали имя Елены без её ведома. Мы уже начали проводить собственные расследования и собираем доказательства того, что на этих операциях стоят другие люди, которые скрываются от правосудия.
Я сделала паузу и обратила внимание на несколько документов, которые лежали передо мной. Я подняла один из них и показала его судье, направив внимание всех присутствующих на детали.
— В качестве доказательства, уважаемый суд, мы представляем документы, которые подтверждают, что Елена Сергеевна не имела доступа к счетам, на которые были переведены средства. Кроме того, данные из банковской системы указывают на то, что большинство транзакций были осуществлены на адреса, не имеющие отношения к моей клиентке. Мы намерены представить доказательства, что Елена не знала о проведении этих операций. Уважаемый суд, прошу обратить внимание на вложения 7, 8 и 9.
Я сделала ещё одну паузу, чтобы дать время найти судье нужные доказательства. Пока я ждала, я увидела, как прокурор поджал губы, понимая, что ему предстоит оспаривать серьёзные аргументы защиты.
— Мы не отрицаем, что Елена Сергеевна была вовлечена в финансовую деятельность, однако сама схема, как было представлено в обвинении, является сильно преувеличенной.
Я подняла глаза и посмотрела на судью.
— Мы просим суд обратить внимание на факты и обстоятельства, которые показывают, что обвинение основывается на недоказанных предположениях и недостаточно проверенных основаниях. Мы уверены, что в ходе разбирательства будут представлены доказательства невиновности моей клиентки.
Судья молча кивнул и перевел взгляд на сторону обвинения, ожидая, как Михаил будет парировать на представленные доказательства защиты.
— Уважаемый суд, в ответ на обвинения и аргументы, выдвигаемые стороной обвинения, я хочу представить несколько доказательств, которые изменят вашу картину происходящего. Мы, как сторона защиты, считаем, что обвинение не только опирается на недостоверные факты, но и на манипуляции, направленные против моей клиентки.
Я сделала паузу, чтобы взгляды всех присутствующих сосредоточились на ней. Затем я продолжила, более уверенно:
— Прежде всего, я хочу представить видеофрагмент с камер видеонаблюдения, на котором чётко видно, как господин Павел Седов, в момент открытия банковских счетов на имя Елены Сергеевны, сам подписывает все необходимые документы. Эти действия, как ни странно, не были зафиксированы в документации, переданной нам обвинением. Однако мы сумели получить видеозапись с камер банка, на которой видно, как Павел Седов лично инициировал все операции.